#НОРИЛЬСК. «Северный город» – Людмила Васильевна недавно уволилась с работы, оставив себе замену. Сейчас в измельчительно-флотационном цехе Норильской обогатительной фабрики работает ее дочь Антонина Доровская.
Трудовые традиции Норильска сформировала эпоха репрессий. Среди политзаключенных было много классных специалистов, которые, выйдя на свободу в качестве ссыльных, оставались в городе и приглашали на Север, где можно заработать, своих родных.
Дедушка Людмилы Русановой – Александр Сургутский – попал в Норильск именно таким образом. Многодетного отца из села Белый Яр Минусинского уезда, державшего много скотины для прокорма потомства, назвали кулаком, раскулачили и в 1938-м отправили этапом в Норильлаг.
Информацию об Александре Егоровиче можно найти в интернете в Книге памяти Красноярского края.
«Лагерь подорвал здоровье деда, ухаживать за ним приехала бабушка Елизавета Федоровна, потом их дочь Мария, моя мама, – рассказывает Людмила Русанова. – В Норильске мама познакомилась со своим будущим мужем Василием Селуяновым, прибывшим в город после службы в армии в 1956 году».
Имя Василия Селуянова вписано в страницу угольной истории Норильска. Как явствует из справки, предоставленной архивом ЗФ, в 1956 году он устроился на угольную шахту №15 («Норильскую») забойщиком подземного участка. В начале 1970-х, когда комбинат начал переходить на газовое топливо, Василий Андреевич успел поработать и на руднике «Алевролитов». Это сырье активно использовалось для производства цемента и кирпича. Жена Василия Мария работала токарем на Механическом заводе.
Традицию выбирать нужные промышленному городу профессии продолжила Людмила Русанова. Начала трудовую деятельность на кирпичном заводе стропальщиком, затем ушла в управление комплектации оборудования комплектовщиком. А после рождения Тони устроилась на ТОФ, где отработала почти четверть века. Так и прошли эти годы в компании – с блестящей пеной пузырьков, поднимающих на поверхность никель, медь и драгметаллы. Флотаторы, можно сказать, снимают сливки в процессе обогащения руды: ценные компоненты прилипают к пузырькам, образующимся за счет воздуха, и поднимаются наверх, остальное уходит в отвальные хвосты.
Процесс отслеживания получения концентрата управляется автоматизированной системой «Проскон». Монитор подскажет, нужно ли добавить реагентов или воздуха, покажет, какова плотность пульпы и высота пенного слоя. Но надо отметить, что специалисты «Норникеля» с большим опытом – будь то плавильщики, будь то флотаторы – могут определить качество продукта чисто визуально.
«Естественно, я буду смотреть, что показывает компьютер, но всю эту красоту мне нужно увидеть своими глазами, – рассказывает Людмила Васильевна. – Бывает, что на экране хорошая плотность, а пойдешь на флотомашину – пузырьки большие, но слабые, то есть лопаются, чего-то им не хватает. А они должны быть устойчивые. И уже начинаю думать: то ли мне вспенивателя добавить для прочности пузырьков, то ли бутиловый аэрофлот, чтобы отвальные хвосты были разгружены. Это все по процессу надо смотреть».
Принято считать, что флотатор – женская профессия. Но того, кто хоть раз побывал в измельчительно-флотационном цехе НОФ, это определение очень удивит. Вдобавок сменный график. Выходные на праздники, в том числе на Новый год, выпадают крайне редко. Флотаторы все время на боевом посту, на дежурстве.
Кроме того, достаточно и физической работы: флотаторы моют свои машины и участки перед ремонтами. Одна из главных тенденций времени – повышение скорости всех процессов при уменьшении числа сотрудников – добралась и до них.
Что же чувствует флотатор, когда стоит, например, в новогоднюю ночь у своих флотомашин?
«Ощущаешь, что ты даешь стране никель, пользу приносишь. Гордость и ответственность большая», – отвечает на вопрос Людмила Васильевна.
Кстати, главная награда в жизни, которую она очень ценит, не имеет отношения к производству. Людмила Васильевна – почетный донор России, у нее более 70 сдач крови.
«Дело в том, что у меня в жизни была такая ситуация, когда я лежала в больнице на грани жизни и смерти. И очень много крови и плазмы в меня вливали. После этого я решила: раз меня кто-то спас, значит и я буду людей спасать», – так объясняет мотивацию своего поступка Людмила Русанова.
Благодаря званию почетного донора флотатор с НОФ получила звание ветерана труда России, что дает по жизни некоторые льготы. Недавно Людмила Васильевна уволилась с работы. У нее две дочери: Таня и Тоня. У Тани маленький ребенок, нужно помочь с воспитанием внучки Даши. Ну и время от времени навещать свою новую квартиру в Новосибирске.
Дочери Людмилы Васильевны продолжили трудовые традиции семьи. Таня работает на Медном заводе крановщицей, Тоня пришла на смену маме в ИФЦ.
По образованию Антонина Доровская – специалист по государственному и муниципальному управлению, окончила по этому профилю вуз в Новосибирске, но, оказалось, Норильску представители данной профессии не нужны. В итоге Тоня оказалась на НОФ, рядом с мамой. На фабрике ей довелось бывать еще в детстве, когда Людмила Васильевна работала в реагентном отделении. Тогда девочка особого внимания на интерьеры фабрики не обращала, в технологию и вовсе не вникала. Другое дело сейчас.
«Когда я на флотацию пришла, первая мысль была: куда я попала? Когда ты маленький – это одно, а когда взрослый: боже, что здесь происходит, что здесь надо делать и как я здесь буду работать?» – делится впечатлениями о своих первых сменах Антонина.
Глаза боятся – руки делают. Начинающий флотатор в придачу к своему первому высшему образованию получила в ЗГУ специальность «обогащение полезных ископаемых». Одним из ее учителей-наставников в ИФЦ стала и мама. На вопрос, женская ли у нее профессия, Антонина отвечает коротко:
«Работа есть работа».
В противовес суровым интерьерам НОФ она придумала себе дома изящное прикладное хобби: делает фигурки-сувениры из джутового шпагата и картона. Еще очень любит выкладывать алмазную мозаику.
Перспектива стоять на Новый год у флотомашины Антонину ничуть не пугает. Так и случилось в прошлый раз. Поздравили с оператором друг друга, под бой курантов попили чайку – и за работу. Многие ее ровесники мечтают уже сейчас переселиться в другие города, Тоня – нет:
«Я еще не на пенсии. Никуда не хочу. В отпуск только: по России покататься, на Байкал съездить, на Урал, Алтай – горы посмотреть.
Ранее мы писали об испытаниях на НОФ флотомашины нового типа, о работающей на НОФ династии Силантьевых, о конкурсе профмастерства по профессии «флотатор».
Больше новостей читайте на совместном канале «Северного города» и «Таймырского телеграфа» в Telegram.
