Не раз, сама перебравшись в Норильск с «материка», я слышала от местных жителей, что «все здесь – приезжие». И если совсем неглубоко погрузиться в историю Норильска, можно согласиться с таким утверждением. Население тут в основном состоит либо из приехавших недавно, либо из приезжих в третьем-четвертом поколении – потомков строителей и покорителей Севера. Однако не стоит забывать, что Норильск расположен южнее Таймырского полуострова, а у Таймыра есть свои хозяева – пять коренных народов: долганы, ненцы, нганасаны, эвенки и энцы.
Чтобы разобраться, чем настоящие северные люди отличаются от тех, кто родился и вырос на «материке», а также понять, какие традиции ещё живы в современном мире, я поговорила с представительницей одного из пяти народов Севера – долганкой Августой Чарду. Встретила девушка меня в своём массажном салоне «Бярьт», как полагается, по-долгански гостеприимно – с чаем, вареньем из северных ягод и национальными лепёшками к нему.
Долганы сегодня проживают (если не считать тех, кто разъехался по нашей необъятной России) в основном в населённых пунктах, расположенных вдоль рек Хатанги и Хеты. Вот и героиня нашего интервью родом из небольшого поселка Хета.
«Я не родилась в августе. Вообще-то в ноябре»
Начиная разговор, я поинтересовалась у героини происхождением её имени и фамилии: Августа – с ударением на первую «а» – Чарду. Спойлер: хоть имя и не связано с народными традициями, с родом оно связано неразрывно.
«У меня бабушка была Августа Ивановна, она была учителем. Такая была женщина строгая. Одна воспитывала уже на тот момент девять детей. Девочек она воспитывала, к примеру, так: пока не постираешь свои вещи, никуда не пойдёшь, а вода должна быть обязательно ледяная. А мой папа был первый сын, он меня и назвал в честь бабушки. Так что нет, я не родилась в августе. Меня часто об этом спрашивают. Нет. Я родилась вообще-то в ноябре. А фамилия уже по мужу. Моя девичья фамилия – Федосеева. Но решила взять фамилию мужа: она показывает уникальность, сразу понятно, какой я национальности», – рассказала Августа.
С мужем девушка познакомилась в Дудинке, куда перебралась из родного посёлка на учёбу в колледж. А потом уже оттуда вместе переехали и в Норильск.
«Рыбалка и охота – то, о чём я сейчас часто вспоминаю»
«Меня все спрашивают: «Почему ты так редко ездишь домой?» Казалось бы, здесь рядом, но нет, сначала нужно долететь до Хатанги на АН-24. Если это зима, то мы едем либо на снегоходе, либо на машине 4-5 часов. Всё зависит от погоды, количества пассажиров, груза. Летом можно доехать на моторной лодке, катере – это 12–16 часов. Очень сильно скучаю, потому что рыбалка, охота – то, о чем я сейчас часто вспоминаю. Сейчас прошло уже столько лет, что я думаю: смогу ли сейчас это сделать? Рыбу разделать, конечно же, могу на раз. А вот оленя… Сейчас мясо в основном мы покупаем», – поделилась Августа.
Как вспоминает девушка, к традиционным занятиям – охоте и рыбалке, а также разделке мяса – долган приучают с детства. Сейчас нам трудно представить, как подросток (или даже ребенок!) собирает своих друзей и идёт в тундру охотиться на оленя или на берег реки, чтобы поймать рыбок на жарёху. А там, в Хете, это обычное дело. И своего первого оленя Августа разделала в 12 лет.
«Всегда хотелось помочь, интересно это было. Раньше нас отпускали на охоту. Нам, школьникам, могли дать ружьё, и мы могли смело пойти. Никто не переживал, что с нами случиться что-то может. Как-то пошли с парнишками на охоту. Идём, уже устали, я смотрю: парни издалека машут нам. А потом слышу топот и понять ничего не могу. Разворачиваюсь и вижу: табун диких оленей бежит в нашу сторону. Мы засели в кустах, а олени прямо на расстоянии вытянутой руки пробежали рядом. Тогда здорово перепугались. Вообще, конечно, на охоте было много разных случаев. Бывало, девочки ходили с нами грибы-ягоды собирать. Кто-то сидит сторожит оленя, кто-то собирает ягоды», – вспоминает Августа.
У долган в Хете рыбалка – один из любимых традиционных промыслов. Это было актуально и в детстве девушки, это остается актуальным и сейчас. Любят долганы и мастерить разное своими руками. Специально для нашей беседы Августа принесла свои «сокровища» – украшения из бисера и нож ручной работы. Подобные украшения девчонки-долганки учатся плести в школьных кружках или у старших родственниц, а ножи мальчишки-долганы учатся мастерить сами, где-то подсказывают им отцы.
«Этот нож сделан специально для меня. Его сделал ныне покойный дядя моего мужа. К нему был специальный чехол, но, к сожалению, я его в походе потеряла. Но этим ножом пользуюсь только я: сама точу, в основном использую для строганины. Все знают, что этот нож трогать нельзя, у нас так принято», – во время разговора Августа уверенно, но нежно держит нож в руке.
«Мама, мы обычную еду едим?»
Августа старается популяризовать долганские обычаи через свой блог в Instagram* (принадлежит компании Meta, признанной экстремистской и запрещенной в России). Там долганка часто рассказывает про национальные блюда – в одном из видео с распаковкой продуктов прозвучало, что без строганины Августа не представляет свою жизнь. Я спросила девушку, неужели северная еда настолько сильно ценится.
«Наши охотники всегда клали рыбу в балок (охотничий домик. – Прим. ред.) в мёрзлом виде. И если ты устал, приходишь туда, то всегда можешь найти рыбу, настрогать ее. Это помогало восстановиться. Рыба даёт много сил, витамины. Дома сейчас тоже многое готовим, дочка меня спрашивает: «Мы обычную еду едим? Я никогда не слышала, чтобы кто-то ел суп из гуся». А мы едим всё время строганину, суп из гуся, зайца с картошкой. Но они на самом деле обожают эту всю кухню. У меня средняя дочь ест и мёрзлую сырую печень оленя. Им привычно это уже», – смеется долганка.
Также Августа поделилась с читателями «Северного города» советом, как выбрать самый вкусный кусок оленины.
«В первую очередь она должна иметь такой красноватый цвет. То есть она не должна быть темной либо быть слишком светлой. То есть тогда уже понятно, что это старая. А вот если кусок имеет прямо такой красноватый оттенок, значит, мясо свежее. Оленина тем хороша, что ты её не сможешь напичкать чем-нибудь (речь о стабилизаторах и искусственных добавках. – Прим. ред.)», – рассказала Августа.
Шестилетняя девочка на саночках с собачьей упряжкой
Девушка воспитывает троих дочерей и племянника. К традициям своих «городских» детей Августа старается приучать не только через национальные блюда. В ход идут долганские сказки, рассказы о своём детстве. Также Августа освоила барган – такой губной музыкальный инструмент у долган. Более общеизвестный вариант подобного инструмента – варган, но у долган он называется именно так – барган.
Не так давно, упомянула девушка, всей семьёй ездили на базу «Оль-Гуль», где есть упряжные собаки. Эта поездка напомнила Августе о давней мечте – организовать в тундре стойбище и завести упряжных собак.
«У меня было несколько собак. Один был лентяй, и двое прямо гончие были. С лентяем надо было сначала далеко уйти от дома, потом скомандовать «домой», и он тебя потащит. А другие могли куда угодно отвезти. Меня собаки катали лет с 6 и до 13. Потом собаки постарели, мне уже было их жалко. У меня были обычные саночки. И вот ложилась на них одна или с братишкой, и мы ехали. И это никого не смущало, это было обычным явлением. У нас сейчас люди есть, кто до сих пор пользуется. У нас мужчина есть, так он со своими собаками и в тундру, и из посёлка в Хатангу», – рассказала Августа.
Вспоминая о детстве, проведённом в Хете, Августа отмечает, что хочет, чтобы её дочки также прошли через такую школу жизни – не раз даже предлагала детям отправиться в посёлок на короткое северное лето. Из всех детей на такую авантюру соглашается только средняя, говорит: «Я бы поехала, хочу на охоту, рыбалку, вообще увидеть оленя вживую».
Хета – поселок небольшой, люди там также заняты бытом, работают и учатся, рассказывает Августа. Но всё же есть ещё одна особенность, которая выдает в людях долганский характер, – отношение к здоровью.
Пальцы на луну показать, мясо оленя в земле прикопать. Как собаки мясо съедят – бородавки пройдут
Когда речь зашла о традициях и религии, Августа сразу предупредила меня: долганы православной веры, но в повседневной жизни часто проскакивают языческие приметы и обряды. В том числе когда дело касается здоровья.
«Часто лечили гусиным, медвежьим жиром. Помню, у брата были фурункулы по всему телу. Лечили так: обвязали его шкурой песца, и прошло всё. У меня, помню, были бородавки, и мы пришли к одному деду, он говорит: «Берёте кусок мяса, идёте в лес наверх, на гору». Сначала надо было пальцы на луну показать, потом кусок свежей оленины в землю прикопать. И пока собаки её не съедят, бородавки не пройдут. Так и случилось: собаки нашли, и всё прошло», – о таких методах лечения долганка рассказала будничным тоном, мне же они показались очень необычными.
Род деятельности Августа выбрала не случайно: массаж для долган всегда был жизненно необходим, потому что люди зачастую приезжали с охоты и рыбалки с обморожениями. И восстановить подвижность телу помогал в первую очередь массаж. И сейчас девушка старается помочь людям восстановить своё состояние. Даже свой массажный салон назвала на долганский манер «Бярьт», что в переводе с долганского означает состояние – хорошо, здорово, прекрасно.
«Чтобы сохранить народ, надо говорить на его языке»
Долганский язык у Августы не только в названии массажного салона, но и в повседневной жизни. Дома разговаривает на нём со своим мужем, а вот дети далеко не все слова понимают, могут назвать, к примеру, медведя, зайца. Так и шутит Августа: это их с мужем секретный язык, дети не подслушают.
«Я даже не знаю, откуда я могу говорить настолько легко, складно. Очень обидно, когда я приезжаю в посёлок, очень хочется там говорить на своём, но даже старшее поколение уже не все говорят. Конечно, женщины некоторые с удовольствием видят, что ты говоришь, включаются в разговор, начинают рассказывать какие-то истории. И я считаю, что какой же ты долган, грош тебе цена, если ты даже не понимаешь свой язык. Чтобы сохранить язык, народ, надо говорить на нём», – поделилась размышлениями долганка.
Опять же, возвращаясь к названию салона, Августа рассказала: она умышленно допустила ошибку в его написании. Старые долганы этого, конечно же, не принимают, им не нравится. Слово «Бярьт» пишется иначе, но для других народов так легче запомнить, произнести.
«Мне часто приходится оправдываться за то, что я не употребляю алкоголь»
О жизни долган до разговора с Августой мне было известно немногое. А если уж говорить про стереотипы, то их я вообще ни разу не слышала. Однако девушка не раз сталкивалась с тем, что у некоторых людей есть стереотипное мнение, будто долганы – очень пьющий народ. И, конечно же, Августа хочет развеять этот миф:
«Часто приходится оправдываться за то, что я не употребляю алкоголь. Люди считают, что вот у вас там не хватает каких-то ферментов, которые помогают не быть зависимыми. Но здесь всё зависит от желания. Пить или нет – это выбор человека только. У нас не пьют и живут на самом деле гораздо лучше, чем многие в городе. Это без всякой лести, да, без того, что там мои земляки, действительно они живут там очень хорошо. Они продолжают там жить. У них там растут дети, учатся в школе. Сейчас, конечно, численность населения около 350 человек, но живут они неплохо».
Бонусом для читателей «Северного города» Августа Чарду поделилась рецептом лепёшек, которыми принято угощать гостей. Мне эти лепешки долганка предложила отведать с вареньем из северных ягод. Итак, сам рецепт:
- Взять два куриных яйца, разбить, перемешать;
- Добавить соль, сахар (на глаз);
- Влить половину стакана молока, всыпать половину стакана муки;
- Тесто должно получиться тугим, как пластилин. После вымешивания раскатать на лепешки и выпекать на сухой чугунной сковороде.
«Гость всегда должен был угоститься чем-то сытным в первую очередь. И всегда это было что-то мучное», – пояснила Августа.
Ранее «Северный город» рассказывал, как появился первый энецкий букварь и чем школьники Потапово покорили итальянского шеф-повара.
Следить за новостями также удобно в совместном канале «Северного города» и «Таймырского телеграфа» в мессенджере MAКС. Подписывайтесь, чтобы всегда оставаться в курсе событий.
