#НОРИЛЬСК. «Северный город» – Издание «Интерфакс» в апреле 2026 года со ссылкой на источник сообщило, что российские власти по указанию президента Владимира Путина обсуждают новые параметры так называемого налога на сверхприбыль (windfall tax). Якобы речь идет о возможности взимания налога с суммы превышения прибыли, полученной компаниями в 2025 году, над средней прибылью в 2018–2019 годах. А ставка должна составить 20%. Корреспонденты «Северного города» поговорили с рядом экспертов, политиков и представителей бизнеса, чтобы лучше понять, что это за механизм и как он в перспективе может отразиться на жизни обычных граждан.
«Принесенные ветром»
Механизм windfall tax (дословно – «налог на доходы, принесенные ветром») был зафиксирован в Налоговом кодексе РФ в 2023 году. Тогда ставка формально составляла 10% от суммы превышения прибыли за 2021–2022 годы над взятым за базовый период 2018–2019 годов. Но фактически была возможность обойтись 5%, перечислив обеспечительный платеж с опережением, чем многие компании и воспользовались.
Речь идет о компаниях, у которых сверхприбыль превышала 1 миллиард рублей, за исключением ряда отраслей, в том числе нефтегазовой. Минфин России планировал собрать дополнительно 300 миллиардов рублей в бюджет. Поступило же около 320, о чем министерство сообщало в конце января 2024 года после окончания периода уплаты сбора.
Вопрос введения новой ставки налога на сверхдоходы в 2026 году впервые публично подняли депутаты во время рассмотрения отчета Банка России в Госдуме 26 марта. Тогда министр экономического развития Максим Решетников допустил такую возможность, при этом подчеркнув, что тема требует проведения отдельного всестороннего анализа.
В Минфине официально пока не комментировали ни статус обсуждения самого налога, ни его возможные параметры.
Вместе с тем аналитики Газпромбанка уже представили свою оценку вопроса. Согласно ей, уплата налога на сверхприбыль за 2025 год приведет к снижению совокупной чистой прибыли российских публичных компаний, потенциально подпадающих под эту меру, за 2026 год в среднем на 10%, или на 450–500 миллиардов рублей. Об этом пишут «Ведомости». По данным Росстата, совокупная прибыль предприятий экономики России в 2025 году составила 35,9 триллиона рублей против в среднем 17,1 триллиона в 2018–2019 годах, говорится в обзоре. Общий объем возможных налоговых выплат эксперты Газпромбанка оценивают в сумму от 700 миллиардов до 1 триллиона рублей.
Всегда есть «но»
В федеральной прессе эксперты между тем высказывают разные мнения относительно возможного введения такого налога.
По мнению главы Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александра Шохина, условий для введения налога на сверхприбыль windfall tax для российских компаний сейчас нет.
«Все механизмы в Налоговом кодексе есть. А другое дело, что прибыли нет. Многие в убытках сидят», – приводится на сайте РСПП ответ Шохина на вопрос о том, может ли быть использован windfall tax для пополнения федерального бюджета.
При этом кандидат политических наук Валерий Андрианов в комментарии изданию «Ведомости» отметил, что рентабельность капитала (ROE) крупнейших российских банков существенно превышает не только показатели лидеров реального сектора, но и доходность ведущих банков других стран (Китая, Индии, США и Германии). Повышение базовой ставки налога на прибыль не оказало критического давления на маржинальность сектора и оставляет пространство для дополнительных изъятий сверхдоходов.
В свою очередь эксперт Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования Эмиль Аблаев в комментарии изданию «Эксперт» заявил, что windfall tax сверх уже увеличенного налога на добычу полезных ископаемых подорвет инвестиционные возможности золотодобытчиков. Он называет «нехорошей практикой» вмешательство государства в естественный цикл сырьевых компаний, когда при положительной конъюнктуре они наращивают запас прочности, а при снижении цен – расходуют.
«Кончится тем, что в плохие годы бизнес обратится за помощью, и придется помогать, потому что это важные отрасли для притока валюты, на них завязаны многие города», – предупредил аналитик.
Неназванный федеральный чиновник в комментарии «Эксперту» подтвердил, что вопрос windfall tax на золото и другие металлы не снят с повестки властей.
Анонимные источники издания Bloomberg считают, что потенциальными объектами обложения могут стать некоторые сырьевые компании, в том числе крупнейшие производители металлов, а также непубличные банки. Правительство вынуждено искать дополнительные источники доходов, включая повышение налога на добавленную стоимость, которое вступило в силу в этом году.
«Россия уже принимала решение о введении налога на сверхприбыль для крупного бизнеса, когда бюджет оказался под давлением после начала специальной военной операции на Украине. Минфин нацелен на дефицит бюджета на уровне около 1,6% валового внутреннего продукта в этом году после показателя в 2,6% в 2025 году. Перспектива нового сбора возникает на фоне того, что ВВП России, вероятно, сократился в первом квартале после падения производства почти на 2% за первые два месяца года, что стало первым квартальным снижением с начала 2023 года», – пишет Bloomberg.
В то же время, указывает издание, многие отрасли в России – от сталелитейной и угольной промышленности до розничной торговли – испытывают давление из-за высоких процентных ставок, сдерживающих спрос, и снижения цен на некоторые сырьевые товары, другие сектора демонстрируют относительную устойчивость благодаря благоприятной экспортной конъюнктуре.
«В январе цена золота достигла рекордного уровня выше $5 500 за унцию, и, несмотря на последующую коррекцию, котировки остаются высокими. Медь, крупнейшим производителем которой в России является «Норникель», также торгуется вблизи исторических максимумов – более $13 000 за тонну, в то время как цены на никель и металлы платиновой группы остаются устойчивыми. Цены на нефть, удобрения и алюминий также высоки, поскольку на них влияет конфликт на Ближнем Востоке. <…> Российские кредитные организации заработали 3,5 триллиона рублей в 2025 году, и, несмотря на снижение показателя на 8% в годовом выражении, многие из них по-прежнему демонстрируют высокую прибыльность, свидетельствуют данные Центрального банка», – заключает Bloomberg.
Как быть с долгосрочным планированием?
Опрошенные «Северным городом» эксперты федерального и регионального уровней также придерживаются различных позиций, в том числе о том, кому такой налог может пойти на пользу, а кому, возможно, и навредить.
Так, депутат Госдумы Михаил Делягин считает, что обычных людей возможное нововведение никак не коснется: «Давайте дождемся, когда такое предложение (о введении новой ставки налога на сверхдоходы компаний. – Прим. ред.) вообще будет сформулировано и поступит. Прецедент такой был. Он принес 300 с небольшим миллиардов рублей, которые ни на что не повлияли».
Источник «Северного города» из сферы экономики, пожелавший остаться неназванным, напротив, считает, что эффект может быть не столь незначительным, как полагает депутат Делягин. Действительно, цены на те же металлы сейчас показывают хорошие результаты, но с учетом цикличности экономических процессов гарантировать сохранение тенденций сейчас вряд ли кто-то возьмется: «Подобные точечные изъятия излишков доходов, рассматриваемые сейчас властями страны, могут негативно сказаться на системе долгосрочного планирования бизнеса – и в первую очередь крупного».
Экономист, главный партнер консалтинговой ассоциации Станислав Красноярский напомнил, что в целом windfall tax – применимая практика в мире, но цель у нее несколько иная, а именно – выравнивание условий конкуренции.
«С учетом российской специфики эта практика начала применяться с целью обеспечения сбалансированности бюджета. Важна и применяемая методика расчета суммы превышения – тот исторический период, за который прибыль считается «нормальной». Здесь тоже много вопросов по одной простой причине: российская экономика – это экономика «коротких» денег, в интервале 2–3 лет может быть как прибыль, так и убыток, а среднее значение стремится к нулю. И любой показатель прибыли может попасть под windfall taxes», – прокомментировал «Северному городу» Красноярский.
Второй фактор – это отраслевая специфика. Традиционно под эту форму налога, по словам экономиста, должны попадать те отрасли, которые не создают добавленную стоимость, а перераспределяют ее. Например, банковский сектор, факторинг, брокерская деятельность – то есть те отрасли, которые совершают спекулятивные операции на денежном рынке или рынке капиталов.
«В российской практике был только единичный случай, когда под этот режим налогообложения попала часть банков. В целом, с учетом стагнационных тенденций в макроэкономике, налоги нужно снижать для стимулирования спроса и эластичного ценообразования конечной продукции, а не повышать их. Это давно принятая и работающая практика, основанная на кривой Лаффера – экономическом законе, который в понятной форме раскрывает тенденцию к снижению собираемости налогов при росте ставки налогообложения выше отраслевой рентабельности», – подчеркнул Станислав Красноярский.
«Нужно соблюдать баланс»
Компании компаниями, но обычных граждан всегда в первую очередь волнует, как тот или иной экономический процесс отразится на их благосостоянии и условиях жизни. Депутат Законодательного собрания Красноярского края, председатель комитета по экономике и налоговой политике Егор Васильев отмечает, что Норильск и разные сферы его жизни напрямую зависят от «самочувствия» градообразующего предприятия, и только принятые федеральные решения покажут, каким может быть конечный эффект.
«Налог на сверхприбыль – распространенное явление в мире и практикуется в развитых странах. По сути, это одна из частей бюджетной политики, которую федеральные коллеги могут предсказать: в том числе как это скажется на инвестиционной политике предприятий, текущей рентабельности их продукции на мировых рынках. Пока в Заксобрание края не поступало инициатив федеральных коллег на экспертизу (такая практика есть) по продлению меры налога на сверхприбыль. Но тему обсуждают на всех площадках. И, как к любому сложному явлению, отношение к ней у меня сложное. С одной стороны, важно не допустить, чтобы наши компании теряли конкурентоспособность, инвестиционный потенциал. С другой – налог полностью федеральный, не региональный. И мы понимаем, что есть соображения национальных приоритетов – безопасность, демографическая политика, социальная сфера, которые должны финансироваться. Так что нужно соблюдать баланс, чтобы усилия бизнеса по наращиванию своего потенциала не пошли прахом», – поделился мнением с «Северным городом» Егор Васильев.
Он подчеркнул, что налог на сверхприбыль предприятий уменьшит в крае базу по налогу на прибыль, который до сих пор является основным источником бюджета региона.
А Норильск, считает депутат, уникален даже в мировом масштабе, но зависим от градообразующего предприятия, рыночная устойчивость которого напрямую сказывается на всех сферах жизни города.
Экономия на расходах
Доцент кафедры «Экономика, менеджмент и организация производства» ЗГУ Екатерина Носкова отмечает, что не стоит воспринимать происходящее крайне категорично: эффект от налога на сверхприбыль – каким бы он ни был – не скажется сиюминутно:
«Вообще цель налоговой системы – обеспечить финансовыми ресурсами государство. Налоги, которые вы платите, я плачу, платят компании – это те финансовые ресурсы, которые должны быть потрачены на общественное благо. То есть налоговая дисциплина налогоплательщиков – это улучшение жизни в стране. И схема распределения, перераспределения, переперераспределения на уровне муниципальных, региональных и государственных финансов достаточно длительная, завязана на юридические особенности установления и исполнения бюджетов, их контроля. Как правило, когда что-то финансируют из государственного бюджета, картинку в плане социальной отдачи мы можем посчитать через год-два. Но еще более полная картина будет представлена через три года, когда можно убрать все экономические шумы, подсчитав воздействие факторов».
Бизнесмен и норильский представитель уполномоченного по защите прав предпринимателей в Красноярском крае, председатель Союза северных промышленников и предпринимателей Алексей Лупка в беседе с корреспондентом «Северного города» рассказал о других возможных перспективах нового этапа применения windfall tax.
«Действительно, сейчас в федеральных СМИ идет обсуждение о внедрении налога на сверхдоходы крупных компаний. Пока еще нет конкретных показателей, как он будет формироваться, как его будут считать, какая ставка будет: 20% или, может быть, что-то невообразимое в 30%. Но пока идет речь о том, что это однозначно коснется компаний, которые имеют серьезный доход. В списке этих компаний «Полюс» и «Норникель». Для нашего города и в целом для компании «Норникель» это будет очень серьезное нововведение, потому что, когда организация теряет свои доходы, она начинает в дальнейшем экономить на своих расходах. В этой части всегда будут урезаться в первую очередь те направления, которые не являются приоритетными. Соответственно, уменьшится финансирование благотворительных программ, социальная поддержка города. Постепенно такие изменения затронут и всех остальных, но в первую очередь новое налоговое бремя почувствует именно «Норникель», затем по цепочке пойдет город, за ним средний и малый бизнес и потом – горожане», – резюмировал бизнесмен.
Независимый финансовый эксперт из Санкт-Петербурга Мария Таткина, комментируя введение налога на сверхприбыль, также напомнила, что windfall tax дословно переводится как «доход, принесенный ветром»:
«Но на самом деле, я думаю, что они ветром не принесены, особенно в кризисных условиях при нарушении логистики, платежных цепочек, смены поставщиков. Бизнес находится на самом деле в действительно сложном состоянии, когда ему приходится больше выживать. И условий для введения налога на сверхприбыль, о чем говорят и в РСПП, сейчас пока нет».
Эксперт подчеркнула, что закон еще не принят, это может произойти осенью. Но и давление на компании, в том числе за счет дорогих кредитных денег, вряд ли исчезнет.
«Могу сказать, что выплата крупных сумм может вынудить бизнес сократить, например, финансирование каких-то неприоритетных расходов, и в том числе сюда будут попадать социальные программы, которые, собственно, каждая компания всегда поддерживает. Например, это могут быть корпоративные программы для поддержки сотрудников. И она будет вынуждена их сокращать», – считает опрошенный «Северным городом» специалист.
Мнения экспертов о перспективах введения налога на сверхприбыль мы проанализировали в программе «Итоги Северного города». Смотрите в субботу, 25 апреля в 19:00 на нашем телеканале (на 23-й кнопке кабельных сетей МТС и Норком).
Следить за новостями также удобно в совместном канале «Северного города» и «Таймырского телеграфа» в мессенджере MAКС. Подписывайтесь, чтобы всегда оставаться в курсе событий.
