#НОРИЛЬСК. «Северный город» – На юге Красноярского края, в Шушенском районе, есть небольшой поселок Ильичево, который своим возникновением обязан, как ни парадоксально это звучит, Норильлагу.
Официальная дата появления поселка – апрель 1930 года, когда по решению советского правительства было образовано хозяйство социалистического типа – совхоз-гигант «Скотовод». Таких совхозов по стране было много. Это была попытка исправить тяжелые последствия коллективизации, создать за счет больших государственных сельскохозяйственных предприятий продовольственный запас страны. По сути, в Ильичево все жители приезжие, очень много переселенцев не только из окрестных деревень и сел, но и из Казахстана, Хакасии, Украины. Жилья не хватало, люди размещались в землянках. До сих пор можно увидеть при въезде в поселок холмики «копай-города».
С началом Великой Отечественной войны совхоз пришел в упадок, мужчины ушли на фронт – и остались одни женщины, старики и дети. Посевные площади сократились втрое, хозяйство полностью было разорено.
Но в 1944 году по распоряжению правительства для снабжения продовольствием Норильского комбината, который активно строился, совхоз передали из Министерства сельского хозяйства в Министерство МВД и создали Шушенский совхоз Норильского комбината НКВД (МВД).
В Норильске в то время силами заключенных и вольнонаемных добывали металл для Родины, так необходимый для вооружения. Всех этих людей необходимо было кормить, что в условиях Крайнего Севера было весьма проблематично. Наиболее полно почувствовать атмосферу строительства того времени помогает выдержка из приказов по комбинату:
«Вопиющие безобразия с питанием лагерников, пища систематически недодавалась… премиальное блюдо никто не получает, хотя продукты записаны… Лапша на 322 человека – 9,9 килограмма – была сварена для административно-технического персонала, то есть отнята у лагерников. Приказываю: завхоза – в ШИЗО, повара – арестовать (как и нескольких начальников, тоже из заключенных)».
И начиная с 1944 года в Ильичево стали свозить заключенных на сельхозработы. Шушенский лагерный пункт назывался отдельным (ОЛП) и отличался тем, что в его задачи входило не только производство мяса, молока, хлеба, овощей, яиц, масла, меда, но и переработка ягод и фруктов. Для этого были заложены несколько садов, разведено пчеловодческое хозяйство, открылся цех по производству масла, построены бондарный цех для производства тары и теплица.
Надо отметить, что в полях, на тяжелых сельхозработах, использовали уголовников из близлежащих тюрем Красноярья, до 900 человек в сезон, а вот из Норильлага свозили политзаключенных, тех, кто понимает в сельском хозяйстве и технике. Это были люди, отбывшие свои сроки заключения, но не имеющие права и возможности вернуться к себе по месту жительства, так как большинство из них, получая основной срок по 58-й сатье УГ РФ 1923 года, должны были «по истечении сроков наказания направляться в ссылку на поселение под надзор органов МВД в районы Колымы, Дальнего Востока, Красноярского края, Новосибирской области». К тому же многие отбывшие свои сроки в Норильлаге не могли вернуться в европейскую часть Советского Союза из-за войны. Именно они стали начальниками сельхозотдела, агрономами, зоотехниками, механизаторами, начальниками планового отдела и технического снабжения поселка. Всего их было около 50 человек. И хотя ходили они без конвоя, но все равно были несвободными. Все это люди с высшим образованием, выпускники Тимирязевки, харьковского, московского и ленинградского вузов. Короче, со всех уголков нашей необъятной Родины, арестованные в конце 1930-х и начале 1940-х с «любимой» в то время, формулировкой: шпионаж, контрреволюционная агитация, измена Родине. Например, Сергей Ильич Купин, был репрессирован по надуманному поводу. Будучи на фронте, он похвалил подбитую фашистскую технику, за что и получил десять лет норильских лагерей по пресловутой 58-й статье.
Под жилье для уголовников, которые были под конвоем, выделили коровники, переделанные в бараки. Политических же распределяли на постой в квартиры местного населения. Они были расконвоированными, но каждый день ходили отмечаться в комендатуру.
Женские лагеря находились в поселках Алтан и Зарничный, спутниках Ильичево. На центральной усадьбе – один мужской и один женский. Сразу же началось интенсивное строительство инфраструктуры. За короткий срок были построены аэропорт, картофеле- и овощехранилища, маслозавод, пункт переработки плодово-овощной продукции и приобретены катера и баржи. Молочную продукцию доставляли самолетом ИЛ-14, а овощи – в навигацию катерами и баржами.
Вот как вспоминает об этом бывший оперуполномоченный Николай Павлович Ампилогов: «…Лагерь открыли весной 1944 года на старой центральной усадьбе. Заключенных разместили в бывших коровниках, которые предварительно очистили от навоза, сделали двухъярусные нары. Огородили забором, построили вышку для охраны». Кстати, последнюю вышку, уже почти совсем разрушенную, демонтировали в начале 1980-х годов».
На сегодняшний день из всего тогда построенного практически ничего не осталось. Даже сады, заложенные спецпоселенцами, сегодня доживают свой срок, но благодаря им в Ильичево и по сей день процветает садоводство. Поселенцы научили местных выращивать яблоки и сливы. Кроме того, как вспоминают местные жительницы, женщины-ссыльные учили сибирячек рукоделию. О том, какими были эти люди в быту, об их отношениях друг с другом и местными жителями остались воспоминания ветерана педагогического труда, много лет возглавлявшего Ильичевский сельсовет, Владимира Григорьевича Девотчака, которому довелось общаться и работать в совхозе с некоторыми «политическими». Владимир Григорьевич отмечал их закрытость, необщительность, неразговорчивость. Они старались не участвовать в шумных компаниях. Держались друг за друга, предпочитали строить отношения среди своих. Любые приказы или поручения выполняли беспрекословно.
Сохранились в музее и воспоминания Галины Николаевны Цвилинг о том, как к ее матери, учительнице местной школы Александре Васильевне Сомовой, заходили за молоком или просто на огонек женщины, отличающиеся своей одеждой и манерами от деревенских жительниц. Александра Васильевна их жалела, помогала чем могла, подкармливала, обогревала. А женщины, в свою очередь, делились какими-то кулинарными рецептами. Например, именно ссыльнопоселенки научили местных женщин готовить салаты и компоты, а еще учили вязать ажурные шали. Одеты они были бедно, но очень аккуратно и даже по моде того времени. У многих были шубки, старые, потрепанные от времени, шляпки, муфточки, горжетки, самовязанные перчатки и красивые пуховые шали, которые они вязали, доставая у жителей козий пух. Такие шали продавали и сельчанам.
Начальниками Шушенского сельскохозяйственного отделения за период с 1944 по 1949 год были ссыльнопоселенцы Медведев, Кахновер, Дьяченко, Морозов, Малютин. К сожалению, в доступных документах имена и отчества начальников не указаны, известны только фамилии и воинские звания некоторых из них. В 1949 году руководство совхозом было доверено коренному жителю, фронтовику Евгению Кузьмичу Седых. Он возглавлял совхоз до 1952 года. Примечательно, что Седых имел образование четыре класса. Это указано в документе «Персональный состав штатных должностей Шушенского совхоза Норильского комбината по состоянию на 1 октября 1951 года». Всего в этом списке 94 специалиста и руководителя подразделений и отделений совхоза. Ссыльнопоселенцев в списке 35 человек, абсолютное большинство из них осуждены по статье 58 УК. Высшее образование имели десять человек, среднее, среднее специальное или курсы – 16, остальные – четыре-семь классов. Станислав Петрович Гулевич имел четыре курса института. В экономической и бухгалтерской службах абсолютное большинство составляли работники из числа «политических» с образованием не ниже среднего. Вот такими профессионалами руководил Евгений Кузьмич Седых, простой сибирский крестьянин.
Ссыльнопоселенцы оставили большой и яркий след в истории поселка. Вот, например, Сергей Ильич Купин, которого после отбывания наказания в числе 50 спецпоселенцев отправили сюда, в Ильичево, был заведующим местного автопарка. Со временем он женился на местной жительнице и осел, став сибиряком. Его дети, окончив местную школу, разъехались, но регулярно приезжают в музей. Или, к примеру, целый род Сулимовых. Сам родоначальник, Петр Иванович Сулимов, был сослан сюда из Норильска в конце 1940-х годов. Очень образованный человек, прекрасный бухгалтер-экономист, очень долго работал в правлении совхоза.
Или Исаак Левенсон, который женился также на местной. Кстати, его очень ценили как специалиста. В Ильичево даже была такая поговорка, что там, где работает Левенсон, всегда порядок. Их сын, Владимир Левенсон, первый золотой медалист местной школы, выпускник 1966 года, окончил Красноярский политехнический институт, затем занимался ядерной физикой. А его сестра Галина работала в школе старшей пионервожатой, затем поступила в мединститут и стала детским врачом очень редкой специализации – невролог, она живет в Саяногорске, но очень часто приезжает на малую родину.
Лагерь просуществовал до осени 1953 года. К тому времени из поселка был вывезен весь спецконтингент, но до марта 1957-го совхоз оставался в подчинении Министерства цветной металлургии. После расформирования лагеря многие поселенцы уехали, но те, кто остался, для кого Сибирь стала второй родиной, продолжили здесь жить и работать и сделали немало добрых дел, оставив о себе прекрасную память. Но это уже совсем другая история.
Сегодня в поселке Ильичево организован школьный музей боевой и трудовой славы, где бережно хранятся документы о создании и развитии поселка и совхоза, о годах его становления и трудовых победах, о людях, которые жили на этой земле. Сегодня здесь живут их дети и внуки, а в музее бережно хранится память об их отцах и дедах.
(В статье использованы материалы исследования ильичевских школьниц Надежды Киримовой и Анастасии Колесниковой по теме «Малоизвестные страницы истории совхоза Ленина. Роль ссыльнопоселенцев в развитии ильичевской территории в 1944–1954 гг.». Фото из архива музея.)
Больше новостей читайте на совместном канале «Северного города» и «Таймырского телеграфа» в Telegram.
