#НОРИЛЬСК. «Северный город» – Совершить рывок в развитии Норильску поможет его непохожесть на другие города. О специфичности активов Норильского промышленного района и возможном будущем нашего города в интервью изданию «Кислород.ЛАЙФ» рассуждает генеральный директор АНО «Институт регионального консалтинга» ученый-географ Александр Пилясов.
Доктор географических наук, профессор кафедры социально-экономической географии зарубежных стран МГУ им. Ломоносова, гендиректор АНО «Институт регионального консалтинга» Александр Пилясов дал свой ответ на вопрос, почему Норильск по праву считается самым особенным арктическим моногородом не только в России, но и в мире.
По его мнению, в основе уникальности Норильска лежит его специфичность: здесь «сплелись воедино различные факторы – размер (и по площади территории, и по количеству населения), суровый климат, анклавный формат освоения».
«Норникель» является старейшей арктической компанией России, существует более 85 лет, это три поколения работников, что, на самом деле, можно считать беспрецедентным достижением, – отмечает эксперт. – И базируется оно на весьма неожиданном для мировой практики феномене – здесь почти 100 лет отрабатывают месторождения, сконцентрированные в географически близких точках. Тогда как обычно арктические корпорации сталкиваются с прогрессирующим истощением природных активов, на которых базируется их деятельность».
Сам Пилясов родился и вырос в Магадане, и ему хорошо известно, что срок отработки, например, многих золоторудных месторождений – это 10–20 лет. Он говорит, что Норильск по продолжительности отработки месторождений можно сравнить только с более скромной по размеру шведской Кируной, которую осваивают еще дольше, более века.
Но главная особенность Норильска в другом, считает ученый.
«Как мы знаем из истории Норильска, переработки рудных концентратов там вообще-то не должно было оказаться – изначально все сырье планировалось вывозить на Урал. И только благодаря усилиям легендарного Авраамия Завенягина удалось сосредоточить практически все переделы в самом Норильске», – отмечает он.
Именно так, силами интегральных комбинатов, в раннесоветский период и стали вести процессы пионерного освоения сырьевых провинций, одновременно заселяя территории. Так было и в Магаданской области, и на Кольском полуострове, и в Коми. По его мнению, именно поэтому в Норильском промрайоне есть «островные» автомобильная и железная дороги. В позднесоветский период подходы к освоению изменились – все делали уже ведомства, с упором на производственные объекты при усеченной социальной инфраструктуре.
Арктический город, говорит Пилялсов, – это всегда комплекс: хозяйственный, административно-управленческий, военный и так далее. И классический для советской экономики город-комбинат остался практически в целости и сохранности и в новое время.
«В Норильске исторически сформировалась не просто вертикальная интеграция вдоль ресурсной цепочки, как у других подобных компаний. В городе создан местный многоотраслевой комплекс структурных подразделений, дочерних зависимых обществ и управленческих структур, которые одновременно работают и для всего населения Норильского промрайона (в первую очередь транспортно-логистические и энергетические подразделения). И это комплекс чудесным образом пережил 30 лет реформ!» – отмечает собеседник издания.
Он вспоминает многократные встречи с молодыми топ-менеджерами Норильского комбината, когда тот только-только перешел в частные руки, во второй половине 1990-х годов. Варианты перевода города на вахту тогда обсуждались всерьез – как путь радикального сокращения затрат.
«Говорили о том, что надо сделать Норильск предельно компактным, размером не более 30 тысяч стационарного населения, – приводит он пример, – его видели этакой производственной платформой – обособленной, автономной, без наземных дорожных трасс к Дудинке и другим поселкам Таймыра. Но эти идеи так и не были реализованы: люди, которые воплощали собой либеральную модель и хотели по ней реформировать комбинат, в итоге сами же от этой модели и отказались».
Доктор географических наук уверен: эта специфичность сделала невозможным отказ от внутренней интегрированности норильского производственно-социального комплекса, каким он был задуман и реализован в советское время. И она же (специфичность) поможет Норильску совершить рывок в развитии на новом этапе:
«Непрерывное хозяйственное освоение НПР в течение трех поколений в условиях островной изоляции и неизменной монополии градообразующей структуры сформировали здесь определенный жизненный уклад».
Свою точку зрения он произносит и в отношении комплексного плана развития Норильска, где Таймыр описан как центр нового сырьевого освоения.
«В Российской Арктике, в ее европейской части, мы наблюдаем конкуренцию между Мурманском и Архангельском за роль ключевой базы освоения. А вот в азиатской Арктике ни один из городов пока даже не выдвигал свою кандидатуру на эту роль. В связи с этим идея, озвученная губернатором Уссом, представляется весьма смелой и перспективной. Тем более что у Норильска в этой части РФ вообще нет конкурентов. Мурманск и Архангельск также не имеют наземной связи со своими «подшефными» прибрежными городами и поселками, в снабжении которых они участвуют по трассам Северного морского пути».
По мнению ученого, Норильск может стать и центром базирования различных корпоративных структур:
«…все это потребует радикальной переоценки роли города в развитии Таймыра и всей Арктики, расширения функций НПР как ключевой базы многопрофильного освоения северных районов Красноярского края: научной (геология, строительные технологии, экология и природоохранные технологии, сельское хозяйство и современные биотехнологии, арктическая медицина), социальной (особенно медицинской), образовательной, транспортно-логистической».
Он добавляет, что для окружающих территорий Норильск – ближайшая точка доступности передовых технологий, медицинских, социальных, образовательных услуг высокого уровня, перевалочная база снабжения, а еще потенциальный исходный пункт ряда туристических маршрутов, центр переработки сельскохозяйственного сырья.
Пильясов уверен, что государство должно сформировать четкую политику и заняться реальным освоением территорий («В Арктике уж точно!»). А также, что здесь нужно создать правила игры для бизнеса, которые помогут направить деньги на процветание территорий добычи.
«Прежде всего нужно вкладываться в развитие человеческого капитала на местах, во всех его проявлениях. Надеюсь, новая программа развития Норильска окажется в этом плане полезной – особенно в направлениях комфортной городской среды. Но нужно серьезно усилить вложения в науку и образование. Как это, кстати, делали в советское время, на которое мы сегодня любим оглядываться: тогда город был естественной лабораторией для выработки самых современных и смелых подходов в строительстве на вечной мерзлоте, выращивания агрокультур в условиях Заполярья, испытаний внедорожной техники в жестких природных условиях и другого. А Норильский индустриальный институт неожиданно даже стал настоящей кузницей кадров для правительства России», – подчеркнул Александр Пилясов.
Источник: Кислород.Life
Ранее «Северный город» рассказывал о проектах, разрабатываемых в Арктике. Например, как «Норникель» устанавливает на своих судах датчики, которые помогут ученым проводить оперативную оценку и прогноз динамики льда в Карском море, разработка каких месторождений на Таймыре получит государственную поддержку, когда Норильск ждет глобальная модернизация и реновация, а также какие изыскания предстоят ученым этнологической экспертизы на территории нашего полуострова.
Подписывайтесь на нашу страницу новостей «Северный город Норильск» в Telegram.
