#НОРИЛЬСК. «Северный город» – В восьмидесятые годы прошлого века в «металлургической цепочке» Норильского комбината немного нашлось бы людей, кто хотя бы не слышал о Чалкине. Руководимый им хлорно-кобальтовый цех Никелевого завода был неизменным победителем во всевозможных трудовых соревнованиях, первым удостоен звания «Коллектив имени 50-летия НГМК» (Норильского горно-металлургического комбината). Традиционно хлорно-кобальтовый цех одним из первых в Норильске зажигал новогоднюю елку по случаю досрочного выполнения плана.
А с какими творческими отчетами выступали инженерно-технические специалисты ХКЦ! Креативно мыслящие люди, новаторы производства, как тогда говорили. Некоторые члены «команды Чалкина» впоследствии возглавили предприятия, стали начальниками управлений, даже топ-менеджерами компании. Кто-то из них сегодня вспомнит Изосима Алексеевича.
Родился Чалкин 2 июля 1926 года в Туруханском районе Красноярского края. В 1944-м стал студентом Норильского горно-металлургического техникума первого набора. В 1948 году – выпускником, и молодым металлургом пришел в хлорно-кобальтовый цех, тогда это был 25-й завод. Работал плавильщиком, мастером, начальником смены. В 1977-1987 годах возглавлял трудовой коллектив хлорно-кобальтового цеха. Рационализатор, изобретатель, автор 12 рацпредложений с экономическим эффектом в 74 тысячи рублей (в советских деньгах, разумеется). Кавалер орденов Трудового Красного Знамени и Дружбы народов. Награжден тремя медалями, отмечен званием «Почетный металлург» Минцветмета и «Заслуженный металлург РСФСР». Почетный гражданин Норильска – это звание за заслуги перед городом Изосиму Алексеевичу присвоили накануне его 60-летия, в 1986 году.
Промысловик, студент, колхозник
В Норильск Сима Чалкин приехал из Игарки в 1942-м. Сначала работал на рыбозаготовительном пункте на Ламе, куда переехали родители подростка.
«В апреле 1943-го ходил на лыжах до Норильска. Военкомат был на улице Заводской. Военком Изосима выгнал. Чалкин грозился написать Сталину… Помнит: 16-17 апреля шли дожди, тепло, снег мокрый; еле убежал, не солоно хлебавши, от оттепели. 22 апреля задышала весной Лама, Микченгда чуть не вскрылась. А к маю всё заковало».
Этот эпизод из жизни Чалкина приводит норильский журналист и писатель Анатолий Львов в портретном очерке «Мне больше всех надо» по случаю присвоения Изосиму Алексеевичу высшей награды города Норильска.
О том, как наш герой попал в горно-металлургический техникум, он сам вспоминал в одном из выпусков цикла «Норильская биография», который выходил в городской газете к 50-летию комбината.
«С 1942 года я работал на Ламе. Как-то услышал новость: в Норильске открывается техникум. И когда на Ламу летом 1944-го прилетел Панюков (начальник комбината.- Ред.) я – к нему: «Вот… Заявление». Он прочел и подписал: «Тов. Аникину. Принять…» 5 октября – открытие нашего учебного заведения. Собрались в прекрасном актовом зале – будущие металлурги, горняки, геологи, электрики. Учебник – один на 10-15 человек. Тем больше зависело от преподавателей, а они были как на подбор. Первое мое жилье было на 12 пикете, где проходила узкоколейка на Валек, потом – общежитие в бараке на улице Горной. Холод отчаянный, но замечательные деревянные койки по спецзаказу. Комбинат вообще делал много для нас: обмундирование, питание, стипендия – шутка ли! И мы, конечно, старались».
Учеба далась не сразу. В книге приказов по техникуму нередко встречаются записи о Чалкине: «снизить стипендию; лишить стипендии за низкую успеваемость, объявить выговор за непосещение занятий». Когда будущих металлургов направили на производственную практику на кобальтовый завод, Изосим устраивал в комнате мастеров настоящие концерты: очень любил петь.
Инженер-капитан Владимир Дарьяльский, начальник завода, возглавлявший комиссию техникума по распределению выпускников, вызвал Чалкина и сказал: «Поешь ты хорошо, надеюсь, так же хорошо будешь работать». Так в 1948 году хлорно-кобальтовый цех получил Изосима Чалкина в качестве металлурга. И в качестве организатора массовых мероприятий, вожака заводской молодежи.
В 1955 году, уже начальником отделения Изосима Алексеевича направили в край в колхоз «Путь к коммунизму» поднимать сельское хозяйство в ответ на призыв руководства страны. На общем собрании Чалкина утвердили заместителем председателя «хозяйства – миллионера». Миллион рублей оно должно было государству.
«На трудодень у колхозника 400 граммов хлеба. Нищета, разруха. Председателей сменилось больше десятка. За очередного городского посланца на собрании голосовали одни женщины: мужчины вышли из зала: толку, мол, от него не будет», – читаем в очерке Владимира Клейменичева «Цех для председателя» («Заполярная правда», 1981 год).
В книге «Никелевый. История одного завода» опубликованы такие воспоминания Изосима Алексеевича: на первое выборное собрание вообще никто не пришел. Поразмыслив, 29-летний будущий председатель за свой счет накрыл стол и созвал колхозников не на собрание, а на «мальчишник»: по опыту комсомольской работы решил пообщаться в неформальной обстановке. Проговорили до утра.
На следующий день в колхозе было создано три бригады: лесозаготовительная, зерновая и заготовительная. И что еще сразу сделал Чалкин – уговорил колхозного мельника по-тихому намолоть как можно больше зерна, чем тот и занимался всю ночь, а утром кладовщица выдала каждому колхознику в счет будущего урожая по несколько килограммов муки. Народ напек хлеба и радостно вышел на работу в таком количестве, какого сроду не видели.
На первых порах поднимать сельское хозяйство Чалкину помогал и его хлорно-кобальтовый цех. «Было выделено четыре или пять бензопил «Дружба» и некоторое количество зимней одежды», вспоминал Наполеон Акопович Тер-Оганесов, один из руководителей ХКЦ.
Пользовался Изосим Алексеевич и помощью бывших норильчан, работавших в Красноярском Совете народного хозяйства, Василия Николаевича Ксинтариса и Александра Ивановича Аристова. На совнархозные деньги, например, купил дояркам резиновые сапоги.
Через полгода после приезда «на целину» норильского металлурга Чалкина избрали председателем колхоза «Путь к коммунизму». А через год Изосим Алексеевич получил первый орден – Трудового Красного знамени.
В 1957 году талантливого руководителя Изосима Чалкина отправляли делегатом на Всемирный фестиваль молодежи и студентов в Москву, а он не поехал из-за посевной.
Когда через пять лет председатель колхоза возвращался в Норильск, на счету хозяйства в банке было 600 тысяч рублей. А в числе достижений – бронзовая медаль ВДНХ за высокие показатели.
Новая целина
На Норильском комбинате Изосим Алексеевич поработал председателем профсоюзного комитета, заместителем директора Никелевого завода по снабжению и общим вопросам. В 1977-м его направили на новую «целину». В тот год у коллектива хлорно-кобальтового цеха поводов для оптимизма не было. Его даже предлагали закрыть, не латать отдельные дыры, а строить новый. Ограничились назначением нового начальника. С Чалкиным пришли новый заместитель по оборудованию и новый технолог.
Уже на первой планерке пробравшийся через грязь и строительный мусор к административному зданию ХКЦ Изосим Алексеевич произнес: «Все, что сегодня в цехе есть, – это наша работа. Не на кого ссылаться. Нам ее и делать».
И Чалкин первым брался за работу. Сначала организовал выпуск хлорных компрессоров на механическом заводе, чтобы обеспечить защитой от хлора металлургов цеха. Через полгода удалось наладить технологию. ХКЦ словно обрел второе дыхание, первый раз за последние годы выполнил план. Вскоре в гидрометаллургическом отделении исчез сернистый газ. Работать стало легче. Реконструировали вращающиеся обжиговые печи – меньше стало пыли. Постепенно изменилось настроение людей. В 1978 году в цехе резко упала текучесть кадров. Еще далеко было до создания просто нормальных условий работы. Еще не закончилась реконструкция основных переделов, а люди из цеха уходить перестали – значит, поверили.
Преемник Чалкина на посту начальника ХКЦ Владимир Валерьевич Сидоров вспоминал о своем шефе: «На завод приезжал в 6 утра и все обходил, естественно, работал и в выходные дни. Мне рассказывали, что сначала его за бича приняли (в кирзовых сапогах, телогреечке). В таком виде в 6 утра он вылезает из-под пачука. Ему: «Мужик, ты куда?» А он: «Я вообще-то начальник цеха…»
Вновь обратимся к очерку журналиста Владимира Клейменичева:
«Чалкин знает всех своих рабочих. Помнит, у кого уходит сын в армию, кто разменивает квартиру. Он не забывает ни один случай отличной работы. И первым напоминает об этом на собрании при подведении итогов соревнования. Он любит людей. В этом, наверное, все дело. Поэтому и идут к нему люди, и работают с ним так, как до этого себе и не представляли».
Первое, что показал автору очерка «Цех для председателя» его герой, была не установка для квантового анализа в плавильном отделении, не новые современные механизмы – спортзал. Металлурги вместе с работающими в цехе подрядчиками за полтора года сами его сделали. Площади освободились после того, как изменилась технология в ХКЦ. И люди построили спортзал. В цехе, который несколько лет назад считался разваливающимся!
«У Изосима Алексеевича такой был сумасшедший темперамент! В теплое время Чалкин в кепке ходил, и чуть что не по нему: кепку в руки и об пол. Это как последний аргумент, если его не понимали или делали что-то не так, – рассказывал Леонид Николаевич Поликаров, заслуженный металлург РФ, ветеран хлорно-кобальтового цеха. – И вот однажды летом Чалкин был без головного убора. Далее пересказываю историю, как помню ее со слов моих коллег. Привезли в цех какой-то очень нужный агрегат. А тогда очень строго спрашивали за сдачу металлолома. Поставили этот агрегат не туда, или временно оставили у ворот. А сварщикам сказали резать металлоконструкции на отправку во вторсырье. Толком, видно, не объяснили, что резать, получилось задание «отсюда и до обеда». Так сварщик половину этого агрегата порезал. Тут Чалкин идет. Он всех в лицо знал, и что в цехе делается, знал. Как увидел Изосим Алексеевич такую «сдачу металлолома», можете представить его реакцию и то, что он собирался сказать сварщику-«ударнику». А слов-то уже нет, даже матерных. Чалкин воздух глотает от возмущения – а сварщик стоит себе в кепочке и молчит. Изосим Алексеевич в сердцах хвать эту кепку и об пол».
Такой человек
Однажды на вопрос журналиста о хобби Изосим Алексеевич ответил: «Работа». Сорок лет в Норильске знали Чалкина и как отличного производственника, наставника молодежи, и как энтузиаста, лидера и максималиста в любом другом деле, за которое он брался. Великодушный и отзывчивый, всеобщий любимец. Многие, называли Изосима Алексеевича «душой Норильска».
«Такой человек. Такая душа. Заводной. Неугомонный. Громкоголосый. Открытый. Понимаю, что возникает ощущение одномерности в таком портрете, не бывает, чтобы человека в любом состоянии и возрасте написать одной – единственной краской, не обкрадывая его, – пишет Анатолий Львов в очерке «Мне больше всех надо». – Ну конечно, он разный – во гневе, в раздумье, в нездоровье. В неурядицах. С друзьями и недоброжелателями. В солнечную погоду и после грозовой ночи, когда трижды останавливали электролиз… Но вы смогли бы выйти на сцену представительного собрания чечеточным шагом, чтобы встряхнуть зал и разбудить уснувших? А он не смог бы по-другому. Ибо изменил бы себе. Артист? Да, артист, и наверняка не раз слышал, как это слово произносили с осуждением. Мол, несерьезный человек. Мол, пора бы и остановиться. Мол, играет. Случалось, что играл (не показывал, как ему плохо). Но чаще оставаясь собой. Артистичность ему так же свойственна, как честность.
Да, его всегда влекло на сцену. В техникуме в первом послевоенном году за песню «Заветный камень» был премирован отрезом на костюм. Чтобы дать концерт в Часовне (станок Часовня, предшественник современного Норильска) в подшефном колхозе, он с друзьями в пятидесятиградусный мороз навстречу хиусу, шел по Рыбной на лыжах. А потом еще семь километров, чтобы… дать еще один концерт там, где очень ждали их бригаду.
А разве футбольное поле не сцена? Он играл за техникум, за металлургов, за сборную завода, даже – один раз – за вторую сборную поселка».
Он был инициатором строительства турбазы никельщиков «Голубые озера» и других социальных объектов для металлургов.
Проводили Изосима Алексеевича на материк в 60 лет, в июле 1986 года. Почетным гражданином Норильска. В июле 1996 года его не стало.
Ранее «Северный город» рассказывал о семейных и трудовых традициях династии Юлии Грицко.
Следить за новостями также удобно в совместном канале «Таймырского телеграфа» и «Северного города» в мессенджере MAКС. Подписывайтесь, чтобы всегда оставаться в курсе событий.
