#НОРИЛЬСК. «Северный город» – Одной из важных тем блока капитального строительства общества «Медвежий ручей» является управление рисками при внедрении регионального ивестпроекта «Южный кластер» «Норникеля». Кандидат технических наук Виталий Тайлаков, обладатель достаточно редкой в наше время специальности «прикладная математика и информатика», сравнивает свою работу с клубком ниток, который нужно распутать и совместно с коллегами найти корневую причину той или иной проблемы. При этом качество остается неизменной константой, а вот сроками реализации проектов и их продолжительностью можно управлять.
– Виталий, региональный инвестпроект «Южный кластер» – один из самых громких инвестиционных проектов в стране. Как вы попали в эту историю?
— Ранее я работал в Москве, в группе по устойчивому развитию аудиторской компании, курировал проект по анализу и диагностике систем управления рисками в «Норникеле», в том числе по разработке мероприятий по управлению рисками, определению текущей рисковой позиции и риск-аппетита. Продолжительность проекта была более полугода. За это время наша проектная команда посетила все крупные производственные объекты «Норникеля», командировки были и в Мурманскую область, и на Таймырский полуостров. За время работы с коллегами из «Норникеля» выстроились хорошие рабочие, я бы сказал, дружеские отношения. Собственно, в дальнейшем меня и пригласили сюда на работу. Задача была интересная: усилить собственную экспертизу непосредственно на производстве в Норильске с дальнейшей моей релокацией в Москву через год. Так я попал в «Медвежий ручей», в капстрой, на проект РЗ-КОМ – «Рудник «Заполярный». Комбинированная отработка оставшихся запасов вкрапленных руд месторождения «Норильск-1».
– На год? Но прошло уже пять лет.
– Через год поступило приглашение вернуться, но я отказался, потому что Север затягивает, и, потом, я встретил здесь свою судьбу, теперь я человек семейный, у нас с женой подрастает дочь Настя, ей три года. Такая история. Кто-то бежит из Норильска, а кто-то, наоборот, остается, и надолго.
– Капитальное строительство в горном деле – что это? Разноска бортов карьера, взрывы?..
– Если говорить про отработку нового месторождения, строительство рудника, карьера, то это комплекс задач по развитию горной инфраструктуры. Наравне со строительством подземных объектов, значительная часть строек относится к надземной части: очистные сооружения, дороги, котельные… Следует обеспечить необходимым количеством теплого воздуха горные выработки, наладить транспортировку руды – масса задач и подзадач, помимо горных взрывов. Не хотел бы переходить в инжиниринговую плоскость, поэтому обозначил задачи широкими мазками.
– У вас стаж работы на предприятии пять лет. Значит, можете сформулировать, как продвинулась история «Медвежьего ручья» за это время.
– С точки зрения внедрения на предприятии риск-менеджмента прослеживается положительная динамика. Ранее оценка рисков носила скорее формальный характер, нежели инструментарий для принятия/корректировки решений. За последние пять лет уровень зрелости управления рисками вырос многократно.
– Освоились легко, сложно?
– Первоначально столкнулся с тем, что было некое недопонимание, скепсис в полезности внедрения новых инициатив. Как известно, люди делятся на две категории: Do и Ran. К категории Do относятся специалисты, руководители, приверженцы стабильности. Ran – это другая история, это люди, ратующие за внедрения новых инициатив. Так получилось, что сотрудников с маркером Do на предприятии оказалось больше, что неудивительно, ведь «Норникель» – компания с многолетней историей, это ее непосредственный атрибут, и это правильно. Первой и ключевой задачей было изменить отношение сотрудников блока капитального строительства к риск-менеджменту.
– Можете более подробно рассказать, как удалось сдвинуть камень с мертвой точки?
– Начал проводить так называемые риск-сессии. Приглашаешь специалистов по направлениям, устраиваешь brainstorm, пытаешься выяснить потенциальные рисковые события, их корневые причины и, самое главное, разработать мероприятия по управлению рисками, митигировать его последствия и/или следствия. Система управления рисками – это инструмент, позволяющий донести bottlenecks (узкие места) до руководства, он помогает обосновать и/или сигнализировать о потенциальном отклонении и по срокам, и по бюджету реализации инвестиционного проекта.
– Вrainstorm – это мозговой штурм? Какие вообще методы используете в своей работе?
– Обычно это комбинация нескольких методов – мозговой штурм, метод «Дельфи» (каждому эксперту присваивается свой ранг) и «Галстук-бабочка» (схематичный способ описания и анализа риска).
– А как же диаграммы Исикавы?
– Хороший вопрос. Был такой японский профессор Каору Исикава, он придумал диаграмму причинно-следственных связей. Визуально она походит на скелет рыбы, ее так и называют – Fishbone Diagram, диаграмма «рыбьей кости». Однако она обладает рядом недостатков – отсутствует логическая проверка цепочки причин. Обычно после долгих дискуссий и попыток отобразить все на диаграмме Исикавы сама диаграмма получается сложной и не всегда структурированной. Если уж и говорить про лучшие практики, то я рекомендую технику «Пять почему». Этот метод можно применять на практике и в обычной жизни. Суть метода простая: необходимо пять раз спросить: «Почему…?» При этом каждое новое «почему» должно уточнять предыдущий ответ. Например: «Проспал на работу» – «Почему?» – «Не услышал будильник» – «Почему?» – «Лег спать поздно» – и так далее. Но уже понятно, что корневая причина в опоздании на работу не будильник, а причина или событие, которое заставило поздно лечь спать.
– Главный менеджер означает, что в голове все время только работа: и днем и ночью? Или есть время на семью, хобби?
– Стараюсь сохранять баланс между личной жизнью и работой. Если говорить про хобби, то зимой это сноуборд, летом – баскетбол. Стараюсь по мере возможности участвовать в непроизводственной деятельности, в обществе много возможностей для этого. Особое внимание уделяю теме экологии.
– Главный принцип, по которому вы строите жизнь.
– Если ничего не делать, ничего и не будет. Меньше слов – больше дела. Бывает, руки опускаются от количества задач, «пораженческий настрой». Ключевое слово здесь «настрой» – это внутренняя установка, стараюсь все делать с улыбкой.
Ранее мы писали о проекте «Южный кластер», входящем в региональный инвестпроект «Енисейская Сибирь», и о 77-летии карьера «Медвежий ручей».
Больше новостей читайте на совместном канале «Северного города» и «Таймырского телеграфа» в Telegram.
