29 июня 1970 года в 10 часов утра раздался гудок ТЭЦ-1, возвестивший о том, что первый агрегат теплоэлектроцентрали переведен на газовое топливо. Через два месяца на газ перешел Медный завод. Весь комбинат следил за тем, как идет перевод металлургических агрегатов на голубое топливо. После подачи газа отражательная печь какое-то время капризничала: никак не удавалось поднять температуру до режима плавки. Когда все устоялось, по признанию плавильщиков, работать стало легче, плавки пошли ровнее, не говоря о том, что металлурги избавились от тяжелой работы по расчистке «угольных залежей» возле печей. Только на Медном отражательные печи увеличили производительность на треть, хотя самые смелые прогнозы обещали только 10–15 процентов.
30 июня 1958 года на заседании ученого совета Географического общества СССР было принято решение о присуждении Большой золотой медали за 1955 год Николаю Урванцеву. В 1958-м геологу и географу исполнилось 65 лет и 40 лет его научной деятельности в Институте геологии Арктики. Чтобы добиться справедливости для уже реабилитированного ученого, знаменитый полярный исследователь Павел Виттенбург написал письмо президенту Географического общества. В нем Виттенбург напомнил о заслугах Урванцева перед Отчеством, в том числе о его участии в североземельской экспедиции. (Павел Виттенбург продолжил изучение архипелага в конце 1930-х годов.) Кроме того, письмо содержало жалобу на игнорирование заслуг Урванцева как Географическим обществом, так и Арктическим институтом. Справедливость восторжествовала. После двух десятилетий забвения имя Урванцева вновь вернулось в историю освоения Арктики.
1июля 1973 года председателем Норильского горисполкома избран Юрий Смолов. К этому времени выпускник Саратовского автодорожного института был норильчанином 17 лет: начинал мастером в цехе механизированной снегоборьбы, а в 1969-м возглавил коммунальное хозяйство города. При Смолове стали асфальтировать норильские дворы. Он вспоминал, что мерзлотники поначалу противились, считая, что начнется оттаивание мерзлоты. Ругаться приходилось не только с мерзлотниками, но и с архитекторами. Для очистки города от снега пришлось убрать на газоны чугунные светильники, чему «страшно сопротивлялся» Непокойчицкий. Точку в споре поставил директор комбината.
Юрий Михайлович начинал работать еще при Логинове. Напрямую сталкивался с Дроздовым, Машьяновым, но комфортнее всего чувствовал себя, по его словам, с Колесниковым, с которым в один год вступили в высокие должности. Оба поставили рекорды пребывания у власти: Юрий Михайлович был мэром города 17 лет. Но главное, что оба оставили о своей эпохе добрую память. При Смолове, еще в 1975 году, появились первые почетные граждане города Норильска. Через 20 лет этого звания был удостоен и сам Юрий Михайлович, к этому времени занимавший должность директора по режиму и охране АО «Норильский комбинат». Вернувшись в родные места под Саратов после 40 норильских лет, Юрий Михайлович часто и с удовольствием навещает свою вторую родину. В один из таких приездов на юбилей Норильска-города (в 2008-м) он сказал: «Глядя на сегодняшних норильчан, я понимаю, время их не испортило».
2 июля 1926 года родился легендарный Изосим Чалкин (1926–1996). Выпускник Норильского горно-металлургического техникума из первого набора-1944, он приехал в Норильск из Игарки во второй военный год и работал сначала в рыбачьей артели на Ламе. Известно, что в техникум Чалкин поступил по протекции начальника комбината Панюкова, к которому рыбак обратился с просьбой направить его в военную школу… Начальник отправил его учиться металлургии, а после окончания техникума – в хлорно-кобальтовый цех Никелевого завода. В ХКЦ Изозим Чалкин начинал плавильщиком, работал мастером, председателем завкома, начальником цеха.
В Норильске Чалкина знали все, так как он был не только отличным производственником, но и, по определению другого известного норильчанина Эдуарда Тараканова, энтузиастом, лидером и максималистом в любом деле, за которое брался. Досуг Чалкин посвящал общественной работе и пению. Кстати, металлург мечтал о консерватории и даже делал попытку поступить на вокальное отделение…
Неординарность личности Изосима Алексеевича проявлялась не только в отношении к делу, людям. Например, в 1955-м уже в должности начальника отделения он решил уехать на материк, но не для того чтобы облегчить себе жизнь, а для того чтобы поднимать колхозы, вернее, один колхоз в Красноярском крае – «Путь к коммунизму». Надо сказать, что поднимать колхоз председателю Чалкину помогал и его хлорно-кобальтовый, оказывая материальную и финансовую помощь. В 1960-м посланник Норильского комбината вернулся в Норильск, которому посвятил в общей сложности 40 лет. Еще при жизни, в 1986-м, человек-легенда стал почетным гражданином города.
3 июля 1938 года по приказу Завенягина организована Центральная строительная лаборатория. Строительный камень, глина, гравий, песочно-галечные залежи были найдены недалеко от Норильска еще летом 1936-го. Их качество исследовал инженер-химик Сергей Цуриков, впоследствии назначенный начальником Центральной лаборатории, сыгравшей большую роль в становлении местной стройиндустрии.
Ко времени организации лаборатории на строительстве работал один кирпичный заводик, выдававший до 1200 тысячи штук кирпичей в год, и неподалеку был запроектирован второй, в районе глиняного карьера и узкоколейки на Валек. Второй выдал кирпичи в июле 1941-го. Производство было самым примитивным, практически без механизации. Зимой в глиняном карьере шпуры «бурили» раскаленными на кострах ломами, готовую массу вручную резали на кирпичи. Мощность этого завода определялась в 18–20 миллионов штук в год.
На этой же производственной площадке был налажен выпуск цемента, извести, жидкого стекла, железобетона. Организовано производство посуды: стаканов, графинов, электролампочек и другой продукции. Многоотраслевой завод получил название КиБЗ (кирпично-блочный завод). Его руководителем был назначен Николай Рознатовский, работавший на первом кирпичном мастером. Именно Рознатовский наладил технологию производства кирпича из местного сырья на втором, а спустя два месяца после его назначения КиБЗ начал выпускать высококачественный кирпич, оказавшийся годным даже для строительства дымовой трубы Большого металлургического (никелевого) завода. Когда было особенно тяжело со строительными материалами, тот же Рознатовский предложил несколько вариантов использования местного гипса. С его применением и было построено то, что сегодня называется Старым городом.
Через полвека в управление предприятий строительных материалов входило пять заводов и, соответственно, пять заводских лабораторий плюс центральная, переименованная в лабораторию УПСМ. Практически город был построен на собственных кирпичах, цементе, железобетоне, газозолобетоне и так далее. В свое время в магазинах можно было купить даже керамику из местного сырья. К концу 90-х строительство на территории сократилось, и комбинат постепенно перешел на привозную продукцию.
4 июля 1943 года указом Президиума Верховного Совета СССР «за успешное выполнение заданий правительства по строительству и освоению Норильского никелевого комбината» впервые в истории Норильска были награждены 188 человек.
Орден Ленина получили: бурильщик Иван Байдин, обогатитель Сергей Бочарников, начальник геологического отдела Александр Воронцов, норильчанин с 1930 года, начальник «Металлургстроя» Семен Енин, начальник комбината Александр Панюков, начальник строительства механического завода и ТЭЦ Иван Перфилов. Седьмым в списке на получение ордена был москвич, начальник главка горно-металлургических предприятий НКВД СССР Петр Захаров. Двое из первых орденоносцев, Воронцов и Перфилов, впоследствии будут названы почетными гражданами города Норильска.
Почти все заместители начальника комбината, включая будущего преемника Владимира Зверева, получили орден Трудового Красного Знамени: главный инженер Виктор Шевченко, начальник электролитного цеха Иван Иевлев, будущий главный инженер комбината Иван Береснев. Всего 20 человек, в том числе и репрессированный геолог Владимир Котульский, попавший в геологическое управление из Мончегорска. По свидетельству Николая Урванцева, пребывавшего в это время в Норильске в том же статусе зека, Котульский сформировал серьезную научно-исследовательскую группу, которая провела разносторонние исследования недр Норильска и его геологического строения. Этот материал был обобщен в монографии. Благодаря опеке Завенягина, позднее вручившего норильчанам награды в ДИТРе, Котульский перебрался из Норильска в Красноярск, а после войны – в ленинградский институт «Гипроникель». Там его снова арестовали. Повторный арест ученый не перенес и умер в 1951 году.
Среди награжденных орденом Красной Звезды – начальник проектной конторы Александр Шаройко и горняк Лев Савва. Оба проектировщики, оба члены команды Завенягина. Шаройко не дожил и до 40 лет. Почетного гражданина Норильска Саввы не стало накануне 80-летия.
Среди 50 отмеченных орденом «Знак Почета» – первым по алфавиту шел будущий первый Герой Социалистического Труда Сергей Агафонов.
Медалями (их было 99) наградили в том числе и бурового мастера Григория Сапрыкина, норильчанина с 1935-го по 1999 год.
Указ был опубликован в «Правде» 5 июля, а 9-го его перепечатала норильская многотиражка «За металл».
5 июля 1954 года директор Норильского театра драмы Владимир Горюнов издал приказ «об освобождении от работы артиста Жженова Г.С. по окончании срока трудового договора». Через много лет народный артист СССР Георгий Степанович Жженов так прокомментировал этот эпизод: «Однажды дирекция театра сдуру поувольняла всех ссыльных артистов как политически неблагонадежных… Полковник (начальник отдела по делам ссыльных управления МВД г. Норильска. – В.В.) вступился за своих «подопечных» и заставил восстановить всех».
Этот же полковник в декабре 1953-го буквально заставил ссыльного артиста написать «жалобу» о снятии ссылки. Сначала Георгий Жженов, у которого за плечами были арест в 1938-м, Колыма, условно-досрочное освобождение из лагеря, работа в Магаданском театре, неоконченные киносъемки в Свердловске, повторный арест в 1949-м и ссылка в Норильск, отказывался писать: «Протестов и заявлений за 15 лет написал сотню – и все без толку!».
«Заявление-жалобу» ссыльнопоселенца полковник принял с третьего захода. Вскоре после восстановления артиста в театре Жженова освободили из ссылки, и он вернулся в родной Ленинград.
По словам Георгия Степановича, активная работа в Норильском Заполярном (по двенадцать ролей за сезон) сослужила ему добрую службу в кинематографе. В 1968-м вышел первый фильм трилогии про «Резидента», принесший артисту известность и любовь всей страны.
Народный артист СССР Георгий Жженов прожил долгую жизнь – его не стало в конце 2005-го. Незадолго до смерти он успел сняться в биографической трилогии «Русский крест» и приезжал для съемок в Норильск. У гроба артиста министр культуры Михаил Швыдкой сказал, что «Русский крест» – правильное название для фильма о Жженове: «Он всю жизнь нес свой русский крест».
