Что движет людьми, которые в минус тридцать погружаются в воду, скованную льдом? Азарт? Выброс адреналина? Жажда приключений? Раскрыть секрет привлекательности этого экстремального увлечения мы попросили руководителя клуба «Норд-дайвинг» Евгения Бабича, представляющего региональное отделение Конфедерации подводной деятельности России в Норильске.
— Евгений, в начале ноября айс-дайверы Заполярья открыли сезон. Как все прошло?
— Очень жестко. Первые погружения под лед у нас состоялись на прошлых выходных. В первый день температура воздуха вообще была минус 26 градусов Цельсия. Плюс пронизывающий северный ветер… Готовая майна замерзала на глазах, а наши дайверы, выбираясь из воды, хрустели, как киборги из «Терминатора».
— Сколько человек погружались?
— Шесть айс-дайверов. В том числе два новичка – девушка и парень.
— Место погружения, как обычно, карьер «Надежды»?
— Да. Это очень удобное место для отработки практической части учебной программы клуба. Глубина карьера, на дне которого лежат специально затопленные нами артефакты, составляет 13,5 метра. Здесь можно отрабатывать курс адванс – продвинутого дайвера, где мы используем много различных специализаций, в том числе глубоководное ориентирование, погружение на затонувшие объекты и так далее. Конечно, небольшой мандраж у ребят был…
— И какие впечатления?
— Космос! Причем мы в этот водоем с ними погружались все лето, но сейчас все было по-другому: в замкнутом пространстве, когда над головой лед, человек понимает: всплыть на поверхность просто так уже не удастся. С большим миром его соединяет только конец. Именно это и придает изюминку самому погружению, добавляет адреналина. Еще один большой плюс: в зимнее время вся взвесь, которая была в воде летом, оседает на дно и начинаются чудеса — видимость изумительная! Порой ощущение, что воды вообще нет. Перед тобой картинка, как в амфитеатре… Впечатления неизгладимые! Поэтому люди, которые хотя бы однажды заглянули в красочный мир глубоководья, с дайвингом уже не расстаются. Хотя условия для погружений в Заполярье достаточно сложные.
— Холодная погода не испугала новичков?
— Сложность была в том, что у них в первый день погружений еще не было своих гидрокостюмов. Для девушки мы нашли так называемый «сухарь» из неопрена, а парню пришлось несладко: он нырял в так называемом «мокром» костюме — в который затекает вода. А ее температура была в тот день плюс один градус. Можете себе представить ощущения… Будто тысячи кинжалов вонзаются в тело… Но парень держался очень достойно. В балке, куда мы вернулись после погружения, нас ждало еще одно потрясение: огонь в печке, которую мы заблаговременно разожгли, потух. Минусовая температура. Подрожать нам всем какое-то время пришлось… Причем все это случилось для ребят именно в первое их подледное погружение. А на другой день Ваня – так зовут новичка — купил у кого-то из дайверов сухой костюм, и погружение уже было более комфортным. Завершающий в обучающем курсе спуск под лед мы провели на этих выходных. Хотя ребята сказали, что и дальше будут погружаться.
— Как долго можно нырять под лед в наших широтах?
— Сезон начинается в ноябре и длится обычно чуть более месяца. Дольше не получается – за зиму толщина льда на наших водоемах может намерзать до полутора-двух метров. Поэтому в холодное время года мы отрабатываем навыки в бассейне. И возвращаемся в карьер уже весной.
— Я знаю, что айс-дайверы с их склонностью к неизведанному каждое лето отправляются в экспедиции. Были что-то подобное в этом году?
— У нас было суперлето! Во-первых, мы организовали экспедицию на Затон. Это удивительное место — с какой-то особой энергетикой — в районе реки Норильской. Здесь в 30-е годы прошлого века находилось лагерное поселение, а позже — ракетная часть. О Затоне нам в свое время рассказали известные в городе краеведы супруги Стрючковы. Они даже показывали фото затонувшей много лет назад баржи, остов которой видели при минимальном уровне воды.
— Вам удалось ее обнаружить?
— Нет, к сожалению. Возможно, потому, что место мы знали очень приблизительно. Глубина в Затоне не более семи метров, но за четыре дня мы много не смогли пройти. Нашли под водой оловянные миски и артефакты более позднего времени, скорее всего оставшиеся от воинской части. Но — чудеса все-таки случаются – когда мы случайно зашли не в ту протоку, то обнаружили… старый корабль. Он изрядно потрепан под водой. У судна сохранился штурвал. Вся деревянная конструкция скреплена квадратными гвоздями.
— Каких годов этот корабль?
— Точно неизвестно. Ориентировочно – 40-50-х годов прошлого века. Мы показали видео корабля Стрючковым. А через несколько дней – еще одна случайность – у них в гостях оказался известный в России подводный археолог, заместитель Конфедерации подводной деятельности России Айвар Степанов. Он много интересного нам рассказал и дал совет еще раз тщательно обследовать судно. А Музей Норильска попросил нас достать штурвал. Сделать это нам удалось позже во время короткой экспедиции на Ламу, куда мы отправились искать самолет. С транспортом помог начальник управления ГО и ЧС Андрей Магеров, выделивший нам на один день катер.
— Что это за самолет?
— Любопытную историю нам рассказал пенсионер Владимир Уланов, который каждый год на лето приезжает с материка в Норильск и по нескольку месяцев живет на Ламе. По его словам, в том месте, где находится его база, под водой лежит самолет. Сразу скажу: самолет мы не нашли… По странному стечению обстоятельств катер сломался в том месте, где мы должны были погружаться. «Проэхолотить» акваторию мы не могли, а именно на эхолотах ребята и видели, что на дне лежит что-то наподобие самолета… Нам пришлось вести поиски под водой вслепую – и на отметке почти 30 метров мы увидели огромнейшее дерево с фактурным корневищем, которое было все в сетях. В длину сосна была метров пятнадцать и отдаленно напоминала самолет. Мы показали потом видео хозяину базы.
— Он был разочарован?
— Он был расстроен — по-хорошему дерево надо вытаскивать… В сетях, которые запутались в корневище, дохнет рыба. Популяция ее в этом месте нарушена. Что же касается истории с самолетом, то точку, я думаю, ставить еще рано. Мой напарник, приехав чуть позже с женой к Уланову в гости, снова попробовал «поэхолотить» – и сделал вывод, что все-таки что-то наподобие самолета – чуть дальше дерева – там есть. Поэтому на следующий год мы запланировали экспедицию в этой акватории. Сейчас прорабатываем все детали с ГО иЧС… В планах — совместная экспедиция со Стрючковыми.
— Новички клуба тоже ездили с вами?
— Новичков с нами не было, в экспедиции участвовали только опытные дайверы, так как условия погружения достаточно жесткие и непредсказуемые. Учитывая, что наши озера в основном в транспортной доступности, для дайверов всегда есть шанс наткнуться под водой на рыболовецкие сети. И хорошо, если они старые – сети, обросшие илом, можно хотя бы разглядеть. А свежая леска в воде практически незаметна. Запутаться можно легко. У каждого из нас на этот случай есть нож, но не дай бог в такую передрягу под водой попасть! Поэтому мы с сетями безжалостно расправляемся. Так, кстати, было и на озере Китовом, которое находится по направлению к Южному Ергалаху и которое мы в этом году «распечатали». Рассказывают, что в этом озере есть ямы до 70 метров глубиной. За одно погружение, конечно, все не увидеть… Для этого нужна более глобальная подготовка. Так что следующим летом нам однозначно есть чем заняться.
