#НОРИЛЬСК. «Северный город» – В этом году специализированное геологическое предприятие «Норникеля» отмечает 70-летие. Его славная история, ведущая отсчет с сентября 1955 года от Норильской комплексной геолого-разведочной экспедиции (НКГРЭ), – это не просто хроника открытий, но и судьбы многих поколений геологов. Именно люди, их знания, упорство и особый склад характера являются главным богатством и залогом успеха любой геологической службы.
Представление о работе геолога у большинства не связанных с ней граждан формировали отечественное кино: «Человек, которому везло», «Территория»; бардовские песни: «Люди идут по свету, им вроде немного надо: была бы прочна палатка, да был бы нескучным путь». Или не бардовские: «Может нужно с десяток лет, чтоб найти это место рудное… Ждать геолога дело трудное». Но что на самом деле стоит за этим романтическим флером? Что привело в профессию современных геологов и что позволяет им оставаться в ней десятилетиями, несмотря на все сложности?
Недавно геологи «Норникеля» завершили летние полевые работы – один из самых важных и насыщенных этапов в их профессиональном цикле. Мы воспользовались этой возможностью, чтобы поговорить с теми, кто сегодня продолжает писать историю отечественной геологии, и узнать у них: как они пришли в профессию, не разочаровала ли она их и что для них значит быть геологом в XXI веке.
Янина Пелипенко, старший геолог департамента реализации проектов геолого-разведочных работ специализированного геологического предприятия «Норникеля», признается, что попала в геологию совершенно неожиданно. Ее путь начался с краеведческой олимпиады и увлечения туризмом, а решающим аргументом при выборе Ленинградского горного института стала… толстая брошюра с фотографиями учебных полигонов и спортивных секций.
«Устоять было невозможно», – вспоминает она.
Для Янины, выросшей в курортном Светлогорске, Норильск стал осознанным выбором в пользу профессионального роста. Ее карьера в «Норникеле» – наглядный пример того, как профессия может перерасти в настоящее увлечение. Начав с изучения минералов в шлихах, она прошла путь до петрографа».
«Сначала меня приняли минералогом, и я изучала шлихи. Это такой «темный песочек» – продукт разрушения горных пород, избавленный («отмытый») от легких минералов. Потом, после объединения НКГРЭ с ЗКГРЭ, увеличилась доля петрографической работы, а в институте это было моим профильным направлением. Стала петрографом. Петрография – это изучение горных пород под микроскопом в поляризованном свете. Из камня вырезается тончайшая пластина (0,03 мм) и наклеивается на стекло. Препарат называется шлиф, его-то и изучает петрограф. В микроскопе открывается такая красота, что сравнима только с детским калейдоскопом», – делится Янина.
Сегодня Янина видит свою работу как «большой и интересный геологический квест», сочетающий полевые исследования с современными цифровыми технологиями:
«Для меня профессия в процессе работы переросла в увлечение, поскольку взгляд «на камни» все время меняется: сначала я изучала отдельные зерна-минералы в шлихе, потом долгое время изучала горные породы в шлифах, сейчас чаще приходится работать с керном (собственно каменным материалом, продуктом бурения). После документации керна можно посмотреть весь разрез скважины на компьютере, подтвердить (или изменить) свою диагностику пород данными геофизического каротажа и результатами лабораторных исследований. После такого многоступенчатого анализа возникают полезные и бесполезные идеи, часть из них можно проверить в поле. Получается большой и интересный геологический квест».
Истории наших героев показывают, что пути в геологию могут быть самыми разными. Если для Янины это был во многом осознанный, хотя и эмоциональный выбор, то старший геолог департамента реализации проектов геолого-разведочных работ специализированного геологического предприятия «Норникеля» Алексей Киселев признается:
«Я тоже в геологию пришел случайно. Решение созрело за год до поступления, а интерес к Норильску и его уникальной геологии вспыхнул во время студенческой практики и чтения книг о легендарном Николае Урванцеве. Когда я больше узнал о профессии, может быть, эти знания меня и подтолкнули к выбору. Но прямо нацеленности на геологию не было – решение принял, наверное, за год до поступления в институт. В Норильск сначала съездил на студенческую практику. Тогда сразу заинтересовался местной тематикой, читал про Урванцева и о других геологах, их исследованиях. Теперь и сам работаю в Норильске».
Для главного геолога департамента реализации проектов геолого-разведочных работ специализированного геологического предприятия «Норникеля» Анатолия Матреничева выбор профессии, напротив, был предопределен с детства. Выросший «в полях» с родителями-геологами, он с юных лет впитал особую атмосферу экспедиционной жизни. Он может оценить, как изменилась профессия:
«Научные экспедиции, куда меня брали с младых лет, – это, конечно, не то «поле», в которое сейчас выходим мы. Когда отец уходил на маршрут, мама оставалась рядом со мной. Меня родители учили: будь хорошим человеком, выручай товарища в беде. И помогай. По-моему, этого достаточно для полевой жизни. Я видел работу и быт геологов тех лет. Калька, карта, карандаш – тогда. GIS-программы – сейчас. По сути, все отличия. Я работал на Кольском полуострове, в Карелии, в Забайкалье. Но при этом, как ни парадоксально, суть «поля» остается прежней – с теми же комарами, маршрутами и чувством товарищества».
Дух взаимовыручки, о котором говорят геологи, и есть та самая «романтика в действии», и она жива до сих пор. Янина Пелипенко с теплотой вспоминает, как в ее первой экспедиции коллеги-мужчины ненавязчиво проверяли и облегчали вес женских рюкзаков, а подарок с Большой земли с арбузом и дыней вызывал всеобщий восторг.
«Почему мне в геологии комфортно? – задается она вопросом и сама же отвечает: – Потому что тут выше концентрация людей, как-то правильно устроенных. Хороших людей, по большому счету. Может быть, именно они в геологии и задерживаются».
Так кто же они, современные геологи «Норникеля»? Романтики или прагматики? «Полевики», для которых это звание до сих пор звучит гордо, или эксперты, уверенно чувствующие себя в мире цифровых моделей и лидарного сканирования. Наши герои доказывают, что сегодня быть геологом – значит совмещать и то, и другое, оставаясь верным главному: любви к своему делу и ответственности за общее дело.
Ранее «Северный город» рассказывал о том, что геологи «Норникеля» завершили полевые исследования на Моронговском участке.
