14 декабря 1939 года подписан приказ об организации Центральной больницы Норильльлага, академию которой прошли все известные медики Норильска 40–50-х годов прошлого века. Именно они долгие годы определяли высокий профессиональный и нравственный уровень норильского здравоохранения. Сейчас в городе уже не осталось тех, кто начинал работать в этой больнице, после ликвидации лагерей получившей название второй городской (первой стала бывшая больница для вольнонаемных).
Под ЦБЛ по приказу Завенягина было отдано трехэтажное здание на Заводской улице, первоначально строившееся как гостиница. В нем были развернуты три отделения: терапевтическое (вотчина Захара Ильича Розенблюма), хирургическое, где сначала работал Борис Игоревич Кавтеладзе, а с 1943-го – знаменитейший Виктор Алексеевич Кузнецов; и инфекционное, им заведовал Георгий Александрович Попов, кстати, первый главный врач ЦБЛ (до Кузнецова). Был еще морг – своего рода научный центр, возглавляемый Павлом Евдокимовичем Никишиным.
В больнице действовало калориферное отопление. Ванны и душ были на каждом этаже. По воспоминаниям Георгия Попова, в ЦБЛ имелась научная библиотека, но главное, что были люди, для которых смыслом жизни стала работа:
«Не хватало среднего медицинского персонала, и Никишин организовал трехмесячные курсы медицинских сестер. Старшими сестрами отделений больницы были жены военных, окончившие курсы до заключения. Правильнее сказать – вдовы: у Ошлей муж был начальником военно-хозяйственного управления Красной армии, а у Барской руководил управлением в штабе той же РККА. Оба были расстреляны».
По свидетельству Попова, врачей и средний медицинский персонал ЦБЛ из общих бараков перевели в отдельные помещения, где они спали: «С утра и до ночи находиться около больных – это не могло не сказаться на качестве лечения».
15 декабря 1957 года в Норильске открылось ремесленное училище №4. Занятия для учащихся начались в январе 1958-го в горно-металлургическом техникуме. В 1963 году училище было переименовано в профессионально-техническое под №17 и тогда же началось строительство его сегодняшнего здания на улице Павлова, куда ПТУ перебралось в 1966 году. За эти годы училище побывало и СПТУ и профессиональным лицеем. Последние восемь лет (с 2012-го) на Павлова,13, в Норильском техникуме промышленных технологий и сервиса, обучают не только сварщиков, электромонтеров, слесарей КИПиА, машинистов крана, токарей и других нужных предприятиям «Норникеля» специалистов, но и, например, художников по костюмам, парикмахеров, пекарей.
Одним из первых выпускников еще ремесленного училища №4 был будущий Герой Социалистического Труда Николай Михайлов. В одном интервью он рассказывает, что приехал в Норильск к брату, когда ему не было шестнадцати, в училище поступил, как только увидел щит, на котором было написано: «Объявляется набор в ремесленное училище по специальностям: металлург, горняк, электрик…».
Проработав всю жизнь в плавильном цехе Никелевого завода, почетный металлург, кавалер нескольких орденов на какое-то время сам стал мастером производственного обучения, правда, не в своем училище, а в открытом в 1986-м профтехучилище №58.
17 декабря 1952 года директор Норильского Заполярного театра драмы Евгений Горин подписал приказ об освобождении от работы за невозможностью дальнейшего использования ссыльных артистов, в том числе и будущего народного Георгия Жженова.
В своих воспоминаниях Георгий Степанович прокомментировал это событие так: «Однажды дирекция театра сдуру поувольняла всех ссыльных артистов из театра как неблагонадежных… Полковник вступился за нас, своих подопечных, и заставил восстановить всех».
Потом Жженова попытаются уволить еще раз, в 1953-м, по «окончании трудового договора». Через год артист уйдет из театра уже по собственному желанию: его наконец освободят из ссылки. Впереди будут полвека работы в театре и кино, всеобщее признание и статус «совести эпохи» от президента России.
Трижды за эти годы артист будет возвращаться в Норильск. В последний раз в 2000-м, за пять лет до смерти, со съемочной группой фильма «Русский крест».
18 декабря 1932 года опубликовано постановление Совета народных комиссаров СССР об организации Главного управления Северного морского пути (ГУСМП) во главе с Отто Юльевичем Шмидтом. ГУСМП было поручено окончательно проложить Северный морской путь от Белого моря до Берингова пролива, оборудовать его и обеспечить безопасность плавания по всей трассе. Эта необычайная территориальная транспортно-промышленная и научная организация не была похожа по своему строению на другие наркоматы, по выражению Шмидта, и не наркомат, и не край.
Для руководства хозяйственной деятельностью в низовьях Енисея в 1933 году в Главсевморпути был создан Таймырский трест с центром в Игарке. Задачей треста стало развитие речного транспорта севернее Игарки с устройством портов и угольных баз, а также «всестороннее изучение, развитие и эксплуатация производительных сил района (рыба, пушнина, уголь, металлы)».
В этом же 1933-м усилилась деятельность Норильской разведочной экспедиции. В 1935-м Отто Шмидт обратился в ЦК партии с докладной запиской о необходимости строительства Норильского комбината и даже назначил начальником стройки Михаила Зингера. Пока Зингер с бригадой проектировщиков добирался в район Норильска, сталинское правительство приняло постановление передать возведение будущего гиганта цветной металлургии другому главному управлению – лагерями.
В 1939-м Шмидт переводится в Академию наук СССР, а начальником ГУСМП становится прославленный полярник Иван Папанин.
19 декабря 1945 года начальник Норильского комбината НКВД СССР генерал-майор Александр Панюков подписал приказ, в котором перед театром культурно-воспитательного отдела Норильлага была поставлена задача «создания сценических произведений о Норильске, о героике его труда…».
Театр КВО при Норильлаге появился летом 1944-го, хотя в художественной самодеятельности при клубах лагерных отделений зека принимали участие начиная с 1935 года. Культурно-воспитательный отдел даже выпускал специальный бюллетень, где часто появлялись материалы о лагерных концертах, выставках. Когда в 1939 году во втором отделении Норильлага оказался будущий писатель Сергей Снегов, он с удовольствием узнал, что там имеется клуб, где бесплатно показывают кино, а самодеятельный ансамбль из заключенных еженедельно дает спектакли: «В этом самодеятельном ансамбле были почти исключительно профессионалы, я узнал среди них известные мне и на воле фамилии», – напишет он позднее в рассказе «Что такое туфта и как ее заряжают».
Одним из самых известных «самодеятельных» коллективов в Норильском лагере был оркестр под руководством композитора Сергея Кайдан-Дешкина, автора гимна пионеров «Взвейтесь кострами…». Вокальную группу в нем возглавляла профессиональная певица, до ареста по «кремлевскому делу» солистка Всесоюзного радио.
Организация так называемого театра КВО позволяла освободить артистов от участия в производственной деятельности. С 1944-го в него входила знаменитая хоровая капелла из Львова. Кайдан-Дешкин к этому времени освободился из лагеря и сотрудничал с Норильской драмой, а джаз-оркестром (и симфоническим) руководил Сергей Дягилев, виолончелист, племянник знаменитого театрального деятеля.
К сожалению, история репрессированного театра Норильлага так и осталась ненаписанной, и сегодня основной источник информации – лагерные газеты и единичные воспоминания участников событий. В газетах о театре за колючей проволокой такие же сидельцы писали в основном доброжелательно:
«Налицо творческий рост капеллы (руководитель В. Драган) и джаз-оркестра (руководитель С.Дягилев), в работе которых видна значительная музыкальная культура». Но были и «критические» отзывы: «Первые концертные программы театра КВО преподносились зрителю с любовью и тем творческим подъемом, который захватывает и заставляет простить многие недостатки. Прошло полгода. Театр музыкально окреп, вырос, но странно, со сцены веет холодком…»
Неизвестно, как был выполнен приказ начальника комбината о создании «сценических произведений о Норильске», но лагерный театр выпустил еще не один спектакль, в том числе и про героику труда… Однако чаще всего «крепостная» труппа обращалась к классике. В сезон-1945/46 зрители с восторгом принимали: «Без вины виноватых» Островского, «Бахчисарайский фонтан» Пушкина, «Проделки Скапена» Мольера, украинскую комическую оперу «Запорожец за Дунаем» Гулак-Артемовского.
20 декабря 1942 года в Норильске открылась профсоюзная библиотека. До 1992-го она именовалась Центральной библиотечной системой Таймырского окружкома профсоюза. Потом получила статус массовой. В 2000-м библиотеке присвоили имя Александра Сергеевича Пушкина. Имя поэта взял себе и один из библиотечных творческих клубов – «Салон на Пушкинской».
Первое помещение под библиотеку – три комнаты – выделили на улице Заводской, во дворе
Дома культуры шахтеров. По воспоминаниям Нины Стефанович, норильчанки и библиотекаря с 1945 года, будущего директора профсоюзной, в фондах начала 1940-х одних и тех же книг хранилось от 100 до 200 экземпляров:
«Для лагерных библиотек с материка присылали ящики с книгами, а оттуда их передавали нам: по 100–200 экземпляров «Идиота», «Преступления и наказания», «Неточки Незвановой» Достоевского, по 100 книг Толстого – «Воскресение», «Война и мир», «Севастопольские рассказы» и другую классику…»
Вольнонаемные норильчане в 1940-е не спешили зачитываться русской классикой. Нина Стефанович самой читаемой, до дыр, книгой называет роман Олдингтона «Сущий рай»: «В ту пору он был и непривычен, и интересен для нас». Среди первых книг, конечно, было много и других классиков – марксизма-ленинизма, но и эта классика спросом не пользовалась.
Вместе с библиотекой Стефанович перебралась в новое помещение на Севастопольскую, 7, где проработала три десятилетия, вплоть до отъезда на материк в 1978 году. А одной из старейших книжных кладовых Норильска предстоял еще один переезд – на улицу Пушкина, 12. Через 63 года после открытия библиотеки, в декабре 2005 года, был подписан приказ о слиянии Массовой библиотеки имени Пушкина с Централизованной библиотечной системой Норильска.
