Чтобы оценить воздействие на природу промышленных отходов, «Норникель» пригласил специалистов-экологов из Института леса. Одна из контрольных точек, где трудятся ученые, находится в районе рудника «Маяк». Лабораторным исследованиям подлежат взятые ими пробы почвы, растений и насекомых. На днях в расставленные ловушки биологов попались не только жуки и пауки, но и бурозубка, что говорит о неплохом состоянии норильской экологии.
Научный десант состоит из девяти человек, докторов и кандидатов наук: микробиологов, ботаников, почвоведов, экологов, зоологов. Все они – сотрудники Института леса имени Сукачева Российской академии наук (Красноярск). Руководит группой замдиректора по научной работе Красноярского научного центра Сибирского отделения РАН доктор биологических наук, профессор Игорь Павлов.
Задача команды – оценка воздействия на природу промышленных отходов,
таких как хвостохранилища, породные отвалы рудников, шахт и вскрышных
пород. Ученые базируются в помещениях НИИ сельского хозяйства и
экологии Арктики, там они разместили привезенное с собой оборудование
лаборатории, туда же доставляют пробы с 19 объектов.
Пробы, взятые на контрольных точках (в границах возможного влияния
объектов), ученые сопоставляют с фоновыми (в биоценозах, расположенных
вне зоны воздействия объектов размещения отходов) и находящимися за
пределами влияния транспорта, промышленности и деятельности человека.
С
помощью микробиологических исследований можно не только получить
своевременную информацию о любом негативном воздействии объектов
размещения отходов на окружающую среду, но и вычленить долю биотического
воздействия, а также геохимических аномалий, связанных с возможным
воздействием, поясняет Игорь Павлов. Так, далеко не всегда видимые
некрозы на листьях деревьев и кустарников вызваны промышленными
выбросами. Часто причина этих повреждений – фитопатогенные
микроорганизмы.
«Не страшно, что она стала жертвой науки, ущерба для популяции нет. Эти насекомоядные животные хорошо размножаются, по нескольку пометов в год», – прокомментировал доктор биологических наук, замдиректора Института леса по научной работе Александр Пименов.
На днях в расставленные ловушки биологов попались не только жуки и пауки, но и бурозубка.
Доктор биологических наук пояснил: «Чем больше бурозубок на территории, тем лучше экологическая ситуация. За сутки она съедает по массе насекомых больше, чем весит сама, так как постоянно двигается и имеет очень активный метаболизм. Для того чтобы компенсировать затраты энергии, требуется большое количество корма. Если бы этот корм был токсичен, содержал в большом количестве тяжелые металлы, отравляющие вещества, она бы не выжила».
С насекомыми – кормом для бурозубки – в районе породного отвала «Маяка» тоже все в порядке. Если бы в ловушках не оказалось жужелиц, жуков-усачей и кузнечиков, это означало бы высокую степень загрязнения, но у ученых из Красноярска отменная добыча.
«Насекомых много, крупные, видовое разнообразие большое, значит, не все так плохо», – констатирует Александр Пименов.
Наряду с проведением мониторинга красноярские ученые изучают влияние глобальных климатических изменений на криолитозону: исследуют почвенный микробиом с привлечением современных методов молекулярной биологии и генетики, а также концентрацию парниковых газов, выделяемых почвой.
Это исследования не одного года. Следующий год – итоговый. Мы сможем представить «Норникелю» развернутую информацию по всем объектам размещения отходов с заключением и рекомендациями по дальнейшему мониторингу, сообщает Игорь Павлов.
Аналогичное сотрудничество красноярских ученых с компанией «Полюс Золото» привело к интересным результатам.
«Там задача была сложнее. Мы не только проводили мониторинг, но и разработали для них технологию очистки сточных вод. Выделили из хвостохранилищ штаммы микроорганизмов, которые уже прошли естественную селекцию и приобрели устойчивость к цианидам (они используют цианиды в качестве единственного источника азота). И на их основе создали систему биотехнологических фильтров. Получается на входе – цианидсодержащая вода, на выходе – практически чистая, пригодная для повторного технологического использования», – приводит пример Игорь Павлов.
